С тех пор как я был за границей, до моего заключения во Франции, мы никогда не переписывались. В глазах русского правительства любить брата, которого преследуют за политические убеждения, — уже тяжелый грех. Поддерживать же с ним сношения, когда он в изгнании, — преступление
Записки революционера
·
Петр Кропоткин