Вначале толпа сотворила жертву, а теперь — из чувства стыда, благодарности или вины [464] — провозглашает ее священной [465]. Таким образом, происходит коренная смена ролей. Закланная жертва больше не является пассивной; вместо этого она принимает на себя весьма активную роль [466]. Козел отпущения становится доминирующей фигурой в жизни сообщества, формируя и направляя его будущее [467]. Часто это выражается в новой конституции, лучшей правовой системе, ниспосланном своде законов [468]
Умирая за идеи. Об опасной жизни философов
·
Костика Брадатан
