– Имя утрачено, – прошептала Серафима. – Но человек больше, чем имя. – Но человек не всемогущ… – добавила Лаура, чувствуя, как на опухшие глаза вновь наворачиваются горькие слезы. – И ничто ему не подвластно. – Я так считаю, – пожала плечами женщина. – Привыкла считать. Но кто знает? Я верю, что однажды они вернутся. И это значит, что ветер может перемениться. Серафима глубоко вздохнула и захлопнула белую дверь. – Да кто ж его переменит? Знать бы нам всем.

Kirish yoki roʻyxatdan oʻtish sharh qoldirish uchun