Жизнь Леонида Марковича превратилась в бесконечное унылое и одинокое сидение на месте — в том самом кресле, в котором его жена, ставшая ныне воспоминанием, вязала безразмерные кардиганы, шали в цветочный узор и яркие детские варежки, соединенные меж собой метровой нитью — косичкой, оберегающей вязаную пару от разлуки.
Книжный дом на Амуре
·
Мария Аксенова
