Дети сразу пришли в дикий восторг от Вивьен. Она со своими рыжими волосами, фарфорово-белой кожей и разноцветными платьями буквально очаровала их. Они следовали за ней день и ночь, ходили с ней плавать в притоке Амазонки, непрерывно говорили с ней, хотя и не знали ни слова по-английски.
Девочка особенно приглянулась Вивьен. Маленькая сирота, которую звали Клэдис. Она была такой хорошенькой, излучала достоинство и красоту с одной стороны, и безграничную радость с другой.
– Вивьен! – кричала она снова и снова, радуясь тому, что может произнести имя. – Вивьен.
Затем обычно следовало что-то на языке ашанинка, что приходилось переводить кому-то из ее компаньонов. Малышка не отходила от нее, ложилась спать последней и появлялась снова сразу же утром. Она сидела у нее на коленях, когда жители деревни показывали ей растение, семена которого они размалывали в красную краску. Некоторые из мужчин и женщин были накрашены, другие – нет. Это были сложные знаки, которые они рисовали на своих лицах, а также простые линии. Женщины часто носили более сложные узоры. С большой серьезностью Клэдис раскрасила лицо Вивьен.
Этот образ жизни произвел сильное впечатление на Вивьен и ее попутчиков. Все, что им было нужно, эти люди брали из природы, и в этой автономии Вивьен сочла ашанинка явно превосходящими так называемых цивилизованных людей. В их сообществе почти не было споров, никакой спешки, никакого стресса. Они жили в гармонии с собой и природой.
Когда Клэдис снова не захотела оставить ее в покое, Вивьен поймала себя на мысли о том, каково будет, если эта девочка ощутит на себе последствия климатического кризиса. Это было ужасное представление. Она полюбила Клэдис и желала ей долгой и счастливой жизни. Она должна была состариться в мире, который не превратится в безжизненную пустыню.
Kirish yoki roʻyxatdan oʻtish sharh qoldirish uchun