Если рубили какой-нибудь строительный лес, даже по самому официальному королевскому ордеру, в присутствии лесных властей, то «многие деревенские жители из подозрительности бесцеремонно являлись на лесные торги и выражали беспокойство по поводу того, что продается их лес» [431]. При этом они не ограничивались беспокойством: в Элис Холте всякий раз, когда вырубался строительный лес, жители лесных и окрестных деревень, особенно Френшема, заявляли права на долю в «сучках и вершках», или древесных отходах