Но если бы я мог единолично командовать всеми военными силами Европы, то уверен, что даже получив взятку от богатейшей французской провинции, я не стал бы вмешиваться в дела этого королевства, если бы вмешательство это не находилось в полном соответствии и согласии с естественными, законными интересами указанной страны, выраженными духовенством, военными, некоторыми корпоративными институтами юстиции и горожан, составляющими под властью монарха (я не устаю этого повторять) французский народ таким, каким он фундаментально и является. Ни один приличный политик не стал бы вмешиваться в этот процесс при любых иных обстоятельствах.
