Что могло бы меня особенно заворожить в мгновения, когда вся жизнь еще раз проживается, так это очередность представляющихся картин. Не проносятся ли они в некоторых случаях через воспоминания в обратном порядке — так что высшая степень ясности теряется в сновидениях детства и, наконец, исчезает во тьме? Или бывает обратная эмбриология смерти, повторяющаяся и подытоживающая все стадии отдельной жизни как предварение и зачаточную историю высшего, существеннейшего бытия, рождающегося в мгновение величайшей темноты — в то мгновение, когда разрывается пуповина, связывавшая нас с миром материи и с его случайностями?
Сердце искателя приключений. Заметки днем и ночью. Первая редакция (Рискующее сердце)
·
Эрнст Юнгер
