Здесь выросли фабрики, заводы, склады и депо. Воды Обводного быстро превратились в сточную канаву для промышленных отходов, а воздух над ними стал тяжелым от дыма и гари. Окрестности приобрели недобрую репутацию: нищета, бандитизм и вечный смог. А со временем Обводный приобрел еще и прозвище «канал самоубийц».
С этим связан целый пласт городского фольклора. Люди, спасенные из мутных вод канала, или свидетели трагедий рассказывали жуткие истории. Многие утверждали, что на роковой шаг их толкнул необъяснимый внешний импульс: одни слышали настойчивый, убедительный шепот из глубины, другие чувствовали призрачное, ледяное прикосновение невидимой руки, буквально сталкивавшей их с набережной в воду.
Народная молва предлагала разные объяснения этой жадности канала к человеческим жизням. Одна из легенд гласила, что все началось после громкого уголовного преступления: якобы некая женщина убила своего мужа и сбросила тело в канал. Воды, вкусившие человеческой крови, стали требовать все новых жертв. Другая версия отсылала ко временам строительства: при рытье канала якобы потревожили древние языческие капища или захоронения, и теперь их разгневанные духи мстят живым, затягивая тех в свою стихию.
Несмотря на то что в последние десятилетия экологическая обстановка несколько улучшилась, а набережные стали чище, статистика и печальная слава места остаются суровой реальностью. В XX веке мифология Обводного канала пополнилась новыми сюжетами: в шестидесятых годах в этом районе ловили серийного убийцу (к счастью, поймали); это сочли лишним доказательством негативной энергии данного места. Впрочем, в те годы о них говорили мало, разгул эзотерики тогда еще не начался.
Kirish yoki roʻyxatdan oʻtish sharh qoldirish uchun