Похоть накинулась на него, как свирепый тигр. Воля, ослабленная за столько дней, совсем исчезла. Задыхаясь и дрожа в ознобе, лязгая зубами, он встал, высунул голову из окна, выпустил в утренний воздух звериный вой страстотерпца и с безумной осторожностью проскользнул сквозь едва приоткрытую дверь, направляясь через столовую к спальне Вероники
