– И что, встал он в первую позицию?
– А куда ж ему было деваться? Пришлось…
– Ну да. Видно же, какой он, этот Павел…
– Какой?
– Очень добрый, вот какой. И покладистый.
– Ну, ты просто сегодня неистощима на комплименты! – насмешливо проговорила Катя, но Маша ее будто и не услышала.
– …И глаза у него такие… Бесхитростные, как у ребенка… Очень хорошие глаза!
– А ты уже и глаза успела разглядеть, шустрая какая!
– Ладно, Кать, тихо… Вон он уже с билетами идет… Еще услышит, как мы тут косточки ему моем! Обидится!
Всей компанией они зашли на территорию зоопарка, и Катя автоматически поморщилась, мотнув головой:
– Фу, опять этот запах… Невыносимый просто…
Для нее и впрямь эти походы в зоопарк были настоящим испытанием, еще со времен Лёлькиного детства она их не любила. И всегда пыталась отлынивать, переложив это сомнительное удовольствие на Митины плечи. Он-то как раз любил вместе с маленькой Лёлькой поглазеть на всех этих слонов да бегемотов, и запах ему был нипочем.
А она этого запаха просто не переносила. Нет, оно и не так страшно, конечно, подумаешь. Терпеть в принципе можно. Просто сегодня что-то… Не так пошло. Казалось, горло перехватило спазмом и не отпустит никак… А если отпустит, то вместе со съеденным завтраком – и до урны добежать не успеет. А ведь они только вошли, и это еще цветочки! Ягодки будут, когда близко к вольерам подходить придется!
– Кать, ты чего? – испуганно уставилась на нее Маша. – Плохо тебе стало, что ли?
– Да… Да, что-то мне плохо… Не могу что-то…
Павел тоже испугался, подошел ближе, крепко ухватил ее за локоть. Хорошо, что девчонки в этот момент Темочку отвлекли, а то бы он тоже испугался.
Kirish yoki roʻyxatdan oʻtish sharh qoldirish uchun