Первые сведения об этом появляются только в христианское время в летописях, церковно-учительных поучениях, полемических сочинениях, посланиях и т. п. Естественно, что они содержат в качестве обязательного компонента обличительные оценки язычества как поклонения бесам, дьявольского дела и «научения». Так, например, в «Повести временных лет», написанной в начале XII века монахом Киево-Печерского монастыря Нестором, говорится: «По дьяволю ученью ови рощение, кладезем и рекам жряху и не познаша Бога… Посем же дьявол в болшее прельщенье вверже человеки и начаша кумиры творити: ови древяны, ови медяны, а друзии мрамаряны, а иные златы и сребрены. И кланяхуся им и привожаху сыны своя и дщери и закалаху пред ними и бе вся земля осквернена…»11 Человеческие жертвоприношения, распространенные в язычестве, таким образом, объясняются «прельщением» дьявола. С точки зрения митрополита Илариона, высказанной им в «Слове о законе и благодати» в XI столетии, «поганые», то есть язычники, последовали бесам, а христиане уже не последуют бесам.
Повседневная жизнь языческой Руси
·
Людмила Алексеевна Чёрная
