секретарь ЦК Коммунистической партии Белоруссии, позвонил Сталину на следующий день после начала войны, чтобы попросить разрешения на эвакуацию республики. Позднее Пономаренко вспоминал: «Он [Сталин] удивился и спросил: „Вы думаете это надо делать? Не рано ли?“»54 У Сталина все еще оставались сомнения относительно наступления немцев, но Пономаренко понимал, что западные области Белоруссии уже потеряны
Крепость тёмная и суровая: советский тыл в годы Второй мировой войны
·
Дональд Фильцер
