потому что холоднее становилось каждый раз, когда его прогоняли от дверей, даже не открывая.
Дверь открылась, и они вдруг оказались лицом к лицу – в его глазах появились понимание и страх, он почти попятился, а Он молча взял пришедшего за промокший рукав и решительно потянул внутрь.
– Я не знаю, зачем я пришел, – сказал он, с ужасом думая о собственной мерзости и теряемых для «прости меня» мгновеньях, а Господь уже снимал с него мокрую насквозь куртку.
– Я не знаю, что Тебе сказать, – с мукой вымолвил он, отчаянно ловя разлетевшиеся мысли и всей кожей вбирая благословенное тепло дома, а
Доброта Господа моего. От богословия страха к Божьей любви
·
Дарья Сивашенкова
