Адель встала перед Исайей. Он хотел что-то сказать, но она коснулась его губ кончиками пальцев, заставив молчать. Его ресницы дрожали; во взгляде читалось одновременно удивление и смущение.
– И тем не менее спасибо, – прошептала она и, привстав на цыпочки, поцеловала его.
Замешательство Исайи длилось не дольше секунды. Шумно вдохнув, он скользнул одной рукой вдоль ее спины и нежно прижал к себе, а второй – коснулся щеки. Его пальцы очертили линию подбородка, на мгновение задержались возле уголка губ, а затем опустились на шею. Каждое касание было осторожным, почти невесомым.
Отстранившись, Исайя прошептал:
– Совершенно не за что, Адель.
Пепел и Лунный свет
·
Редгрейн Лебовски
