Что читает команда Кинопоиска

Ольга Белик, руководитель направления российского кино и сериалов:

Трилогия про графа Аверина, может быть, и не высокая литература, но точно захватывающее чтение. Главное, что удалось Виктору Дашкевичу, — создать абсолютно живой, выпуклый, продуманный альтернативный мир. В нем не случилось Октябрьской революции, Российской империей правит Александр Пятый, а люди сосуществуют с дивами — мистическими существами из параллельного мира.

Очень визуальная книга, читаешь и буквально видишь, как все происходит. И детективная составляющая в ней не просто знакомит с героями и с пол-оборота бросает в гущу событий, но и заставляет поразмышлять, кто тут настоящий монстр и на что способны любовь и дружба.

Игорь Кириенков, шеф-редактор витрин Кинопоиска и Яндекс Книг, автор Telegram-канала «кириенков»:

Трилогия Рейчел Каск «Контур» стала одним из главных событий в англоязычной литературе 2010-х. Терапевтические мемуары? Безжалостная — к чужой глупости и, в первую очередь, к собственной вялости — проза? Или располагающийся на зыбкой границе между ними автофикшен, одновременно отказывающийся от частного «я» и несколько апофатически утверждающий его? Те, кто писал, что Каск расшатывает привычные представления о возможностях и назначении повествования, не так уж преувеличивали.

Сборник эссе «Ковентри» — в известном смысле развитие тем и приемов «Контура», но и отчасти возврат назад, на территорию чистого эго-нарратива, за который Каск прежде крепко досталось (одна рецензентка, прочтя ее книгу о разводе «Последствия», назвала автора «бесподобной нарцисской»). Впрочем, про что бы ни писала Каск — ремонт, вождение, воспитание детей или (возможно, лучшая часть «Ковентри») моральная геометрия романов Эдит Уортон и Франсуазы Саган, — это всегда умно, парадоксально и как-то в хорошем смысле взросло. Оглушительная трезвость — так, наверное, лаконичнее всего можно сформулировать эстетическое кредо Каск; в таком состоянии она оставляет своих лучших читателей.

Юрий Сапрыкин, руководитель спецпроектов медиа Кинопоиска, автор Telegram-канала «Сапрыкин — ст.»:

Писательница из России, переживающая разрыв с собственной страной и языком, теряется где-то в Европе по пути на книжный фестиваль — и находит в этом шанс перезапустить жизнь заново. В «Фокусе» легко увидеть и предельно личное высказывание, и общие переживания последних лет; но, может быть, самое поразительное здесь (учитывая тему и обстоятельства времени) — насколько книга легка и изящна. Это вещица, шкатулка с секретом, демонстрирующая головокружительный фокус — как боль превращается в искусство.

Павел Мальцев, руководитель новостной службы соцсетей Кинопоиска, автор Telegram-канала «Незвездный мальчик»:

Помните, как в финале «Оппенгеймера» Альберт Эйнштейн беседует с физиком, а потом уходит от него с пустым и обреченным выражением лица? Так вот, после прочтения «MANIAC» вы полностью его поймете. Ошеломляющая, тревожная, зловещая и в какой-то степени отрезвляющая книга. Сиквел романа «Когда мы перестали понимать мир», превзошедший оригинал. «Терминатор: Судный день» в библиографии Бенхамина Лабатута. Все мы мечтаем о прогрессе, но нужно ли пересекать черту, за которой нас ждет немыслимое? Бог не играет в кости, зато человек играет в го с искусственным интеллектом. И проигрывает.

Татьяна Симакова, управляющий редактор медиа Кинопоиска:

38-летняя подкастерша Боди Кейн отправляется в престижную частную школу-интернат Грэнби, которую сама когда-то окончила, и расследует убийство, произошедшее тогда в кампусе. Но книга Ребекки Маккай — больше чем триллер или детектив, больше чем роман, «идеально подходящий для поклонников Донны Тарт», как написано на обложке. Маккай задает неудобные вопросы про культуру отмены, школьный буллинг и двойные стандарты, так свойственные людям, прикрытым броней своих привилегий. Аудиоверсию озвучила актриса и основательница студии подкастов «Либо/Либо» Лика Кремер — горячо советую именно послушать.

Елена Рябцева, продюсер видео и подкастов Кинопоиска, автор Telegram-канала «Культурный алхимик»:

Для меня это лучший роман 2024 года. Жуткий, тревожный, надолго остающийся в памяти. Герои Поляринова привыкают (или уже привыкли?) жить среди перманентного ужаса — застывших фигур мертвых детей, стоящих здесь и там как напоминание (о чем?). Одни пытаются не замечать их и живут своей обычной жизнью, другие строят конспирологические теории, третьи используют кадавров в разных целях — от практической до терапевтической. Вот и на меня роман оказал терапевтическое действие: мы разделяем общую тревогу — это уже хорошо. Следующий шаг — подумать, как жить дальше.

Анастасия Дулькина, PR Кинопоиска:

Новый роман Яны Вагнер читается запоем за несколько вечеров. «Тоннель» называют герметичным триллером, но, как и любое отличное жанровое произведение, рамками триллера он не ограничивается. Это и антиутопическая критика нашего замкнутого общества, и психологическое исследование, спрятанное за полифонией голосов обезличенных (на первый взгляд!) персонажей. Права на экранизацию заслуженно приобретены, но лучше сначала прочитать книгу — ради выверенного и меткого стиля, который писательница отшлифовала до идеала за шесть с лишним лет работы над романом.

Станислав Зельвенский, критик Кинопоиска:

Внезапно переведенные на русский greatest hits классика американской «новой журналистики», читай литературы: Тализ — фигура уровня Дидион и Вулфа (те недавно умерли, он в свои 92 — последний из могикан). Длиннющие, страшно интересные журнальные эссе во главе с легендарным эсквайровским репортажем про простуженного Синатру: мафия, спорт, Леди Гага, чего еще желать.

Алик Кемалов, руководитель соцсетей Кинопоиска:

Книги, которые я впервые прочитал в детстве (зачем я это сделал) и потом перечитывал уже не один раз. Самая нездоровая фантазия на тему того, что было бы, если бы динозавры не вымерли, а эволюционировали. Отличное произведение про семью, любовь и понимание, что значит быть своим среди чужих и чужим среди своих.

Бэтси Исакова, продюсер подкастов Кинопоиска:

Как и в «Плейлисте волонтера», главный герой до безумия ищет что-то, неведомое ему самому. А по пути — продирается через ненавистные и любимые константы русской жизни, обожание кого-то и антипатию к себе, случайно засевшую в голове музыку и неслучайные встречи. Получается идеальный поток сознания, в котором все на своих местах и в литературном, и в обыденном смысле.