Onlayn kitobni bepul oʻqish  Непобедимые

muallif Ирина Масленникова

Оглавление

29. 2020

Прошло семь лет…

Я стала забывать, как мне было плохо, когда казалось, что всем вокруг хорошо…

Но мне не нужно вытягивать воспоминания…

Я помню мимо проходящих людей, людей, едущих в автобусах, спешащих по своим делам. Их лица ничем не озабочены, у кого-то даже радостны. Знают ли они, что рядом не идёт, а плетётся самый несчастный человек на свете —

Я…

В руке у меня телефон: Google — лимфома Беркитта — четвёртая стадия — выживаемость — слёзы.

— Почему? Почему это всё происходит со мной?..

Этот вопрос я задам себе ещё не раз. Мне хотелось ущипнуть себя, проснуться, сказать себе, что это лишь сон, страшный сон…

Какая же это была красивая осень, осень 2018 года…

Я шла медленно и смотрела на ковёр из кленовых листьев под ногами: красные, жёлтые… Какие же они красивые, а запах… Просто невероятный. Мне казалось, что на каждый кленовый листок падала моя слеза. И я просто не в силах остановить этот поток мыслей и слёз…

Ловлю себя на мысли, что когда у нас всё хорошо, мы и не думаем посмотреть себе под ноги…

Июль 2018 года.

Мне сорок лет. Миловидная дамочка в цвете блонд.

Молодящаяся, любитель повоображать и нарядиться. Я иду вполне довольная собой и своей жизнью, а что… Этот год начался отлично. Моего мужа после долгих лет службы повысили в звании, и мы всей семьёй только что вернулись из отпуска, который провели в Сочи…

Рядом со мной катит на самокате моя дочь пяти лет.

Симпатяга, с двумя косичками по пояс цвета льна, в коротких розовых шортах с подтяжками в виде крыльев.

Поздний, избалованный ребёнок.

САМАЯ ЛУЧШАЯ ДЕВОЧКА НА СВЕТЕ —

Моя Настя…

Мы идём привычным нам маршрутом, которым ходим вот уже два с половиной года. Мы идём в детский сад.

Настя жужжит, задавая глупые вопросы, и тут же получает на них умные ответы.

Я подняла глаза к небу:

— Какая же я счастливая!

И это было действительно так.

Как же я была далека от того, что случится потом…

Я буду задавать себе вопросы: «ЗА ЧТО?», «ПОЧЕМУ С МОИМ РЕБЁНКОМ?», «ПОЧЕМУ СО МНОЙ?».

Но на эти вопросы не будет ответа. А пока это июль 2018 года, и я, абсолютно счастливая, иду знакомым мне маршрутом и смотрю вслед укатившей уже от меня на своём розовом самокате дочери. Однажды меня остановила незнакомая мне женщина со словами:

— Ну что за девочка, на радость людям! Просто прелесть.

Мне было приятно, не скрою. И я ответила в своей манере:

— Спасибо огромное за комплимент!

Я замужем, у меня двое детей. Шестнадцатилетний сын и пятилетняя дочь.

И эта история коснётся всех нас…

Маленький областной город, входящий в Золотое кольцо России и стоящий на берегу реки Волги. Его исторический центр украшен вывесками «под старину», это не мегаполис с вечно спешащими людьми, а город с размеренной и спокойной жизнью; здесь я родилась и выросла, и здесь родились мои дети. Работа, садик, школа, утро, сборы… В общем-то, всё как у всех. Дочери были куплены новые брюки-бананы, в них она и пошла в детский сад. Модная — всё как я люблю. В этот день забрать Настю из детского сада я попросила сына.

Приводит в колготках и юбке!

— Сынок, а где новые брюки? Почему ты в юбке её привёл?! Я новые брюки ей сегодня надела!

— Мама, Настю вырвало сегодня на прогулке, воспитатель сказала, что вырвало много…

Ну, рвота и рвота, лето, жара, может, и съела что-то. Я и внимания не обратила.

Ребёнок чувствует себя хорошо. И все всё забыли.

А это было НАЧАЛО…

Начало

Мне кажется, я и не запомнила бы эту дату, но она стоит во всех медицинских документах и выписках:

21.08.2018 год

Накануне, 20 августа, мы решили устроить этакие семейные домашние посиделки.

Заказали пиццу, купили пепси. Ничего необычного. Всё как всегда!

Спустя годы и всё прожитое. Я думаю…

— Как же хорошо, когда…

ВСЁ КАК ВСЕГДА, НИЧЕГО НЕОБЫЧНОГО, ВСЁ КАК ВСЕГДА.

На следующий день утром у дочери началась рвота… Конечно, сразу же вызвали врача из детской поликлиники.

Врач осмотрела, выписала сорбенты.

— Живот мягкий, при пальпации безболезненный. Лечитесь, через неделю на приём.

— До свидания.

Говорят, люди чувствуют, предчувствуют…

Ничего я не чувствовала и не предчувствовала. Я была уверена, это дня на два, ну максимум на неделю.

Как же я ошибалась…

Рвота была после каждого приёма пищи или воды. Сорбенты и таблетки, выписанные врачом, вылетали с рвотой фонтаном.

Настя слабела, просила еды. Я сварила бульон.

— Мама, какой вкусный бульончик, как я хочу кушать, дай мне ещё пять ложечек…

— Мама, всё, меня больше не тошнит. Дай мне ещё вкусного бульончика, пожалуйста, — лепетала она. Но всё начиналось снова, рвота была просто неукротима.

Конечно, мы вызвали скорую. Нас положили в больницу.

«БОЛЬНИЦУ» — меня и раньше дрожь брала от этого слова. Да-а-а, как я туда не хотела…

Со своими детьми я в больнице не лежала ни разу, исключение — роддом, да и сама я лежала только в своём далёком детстве. Но из рассказов про больницу понимала, что лучше туда не попадать совсем.

Но выбора у нас не было.

Я вроде и успокоилась: все мы под наблюдением.

Пришла медсестра ставить капельницу.

— Что ели?.. Пиццу?! Ну, всё понятно…

Бедная девочка моя, в жизни ей уколов не делали, а тут капельница внутривенно и уколы два раза в день.

— Мама, что со мной?! Я больше не буду есть эту пиццу!

— Потерпи зайка, скоро всё пройдёт…

Знала бы я тогда, как далеки мы от этого СКОРО…

Рвота продолжалась. Она стала реже, но обильнее. Стула так и не было, и под вопросом встала непроходимость кишечника. Мы приехали в больницу с детским горшком, рвота была настолько обильной, что доходила почти до краёв этого горшка.

Нас на скорой помощи отвезли в Первую городскую больницу на рентген: исключить непроходимость кишечника. Исключили. Непроходимость не выявили.

На второй или третий день в больнице, подозревая, что терапия не приносит результата, я начала задавать вопросы. Сейчас, конечно, я знаю, что они глупые… Такие как «почему не берете рвоту на анализ?», и так далее.

И, конечно, видя, что терапия не даёт никаких результатов, я начала паниковать. Настя всё слабела, даже голос изменился, стал каким-то тонким и нежным. Я уже начала замечать, когда именно начнётся рвота. Было видно по глазам и по выражению её лица.

После каждой рвоты минуты через две она как будто оживала, наступало облегчение. Даже с улыбкой начинала утешать меня:

— Мама, ты не расстраивайся, всё, меня больше не тошнит, нас скоро выпишут, да?

Но всё начиналось снова. Я рыдала…

— Господи, ну почему я не могу помочь своему ребёнку? Почему ничего не помогает, ни уколы, ни капельницы, что вообще происходит?..

Видя мои терзания, Настя спрашивала:

— Мама, ты меня любишь? Ты грустная?

Она задавала эти вопросы как будто с чувством вины.

Конечно, я всячески пыталась её успокоить и объяснить, что её вины совсем нет и нужно только потерпеть, вылечиться — и всё будет хорошо.

Конечно, я надеялась, что каждая рвота — последняя, что терапия подействует и всё будет хорошо…

Но нет, я ошибалась, состояние ухудшалось.

Терпение моё лопнуло. Когда пришла медсестра ставить очередную капельницу, я закричала на неё.

— Так, всё, хватит! Мы в больнице или где?! Вы ничего не можете, ваше лечение не помогает!

По-моему, я даже затопала ногами. Медсестра, ничего не ответив мне, только посмотрела на меня широко открытыми глазами, полными удивления от этого моего поведения, и ушла.

Минут через десять в палату пришла миловидная женщина. Это была заведующая Городской детской больницей нашего города.

— Здравствуйте, Настю ещё раз покажем хирургам. Остаётся подозрение на непроходимость кишечника. Я консультировалась с профессором по вам.

На скорой помощи нас опять доставили в Первую городскую больницу: осмотр хирурга, рентген. Диагноз не подтвердился… Непроходимости кишечника нет.

Мы вернулись в детскую больницу.

В палату вновь пришла заведующая, я видела на её лице озабоченность.

— Анализы у вас хорошие, есть, конечно, незначительные превышения, но некритичные.

Я уже слышала это: «Анализы в норме»!

Я опять затопала ногами и закричала на неё:

— Почему не берёте рвоту на анализ? Почему ваша терапия не помогает?

Для меня НЕИЗВЕСТНОСТЬ всегда была ХУЖЕ ВСЕГО. Меня как будто палочкой сверху пристукнули. Я заплаканная, с головой, вжатой в плечи, в полной растерянности и непонимании…

Как хорошо, когда ты знаешь диагноз, когда тебе всё понятно. Вот таблетка от головы, эта от живота. Съел и поправился. А это было что-то иное, не поддающееся лечению. Рвота пошла с зеленью… Эта зелёная рвота сводила меня с ума. И Настя была очень напугана.

И каждый раз повторяла:

— Я не буду больше есть эту пиццу!

Полдня она сидела на горшке, но так ничего и не получалось, последний кал был дома до начала болезни.

Конечно, нас отправили в Областную детскую клиническую больницу с заключением дословно:

«Поступила с жалобами на задержку стула, рвота 2–5 раз в сутки, температура не поднималась. Осмотрена хирургом. Заключение: запор, вздутие.

Из ГБ №1 направлена на лечение в ГДБ с диагнозом: запор. Госпитализирована в ГУЗ ГДБ 24.08.2018 в 22:00. За период наблюдения и лечения состояние средней тяжести, сохраняется обильная рвота зелёного цвета 2–5 раз в сутки, нарастают явления интоксикации: бледная, вялая, орбитальные тени, температура 37.2. В лёгки