Internetsiz o'qing
Kitobdan iqtiboslar Каникулы принцессыmuallif Галина Гордиенко
страшный день. Днем – благотворительный спектакль для больных детей, а вечером… вечером ученики миссис Моррисон должны сдать нечто вроде экзамена! Она не переживет этот день, точно. Может, сказаться больной? Не поможет. Она не дома.
Катя нервно хихикнула: сбылась мечта идиота. Она – герцогиня! И непроизвольно поежилась: одетые в бальные платья ученики миссис Моррисон проведут рождественский вечер – совместят, так сказать, приятное с полезным! – в самой дорогой и старинной гостинице Лондона. Отведают ужин из двенадцати блюд, продемонстрируют умение общаться и покажут, чему научились на уроках танцев.
Еще неделю назад Катя завизжала бы от восторга, услышав о подобной вечеринке, бальном платье, танцах и таком количестве аристократов вокруг. Теперь же с ужасом думала, как бы окончательно не опозориться перед Ройсом и его друзьями.
Здо́рово же повеселятся Розмари
Катя же то ненавидела Ройса лютой ненавистью, то украдкой рассматривала, удивляясь непонятной значимости его лица. Терялась, когда Ройс обращался к ней с пустяковым вопросом. Переполнялась благодарностью, когда он вытаскивал ее из мелких, но обидных стычек с Розмари и Стейси. Глупо волновалась, когда они оказывались партнерами на уроках танцев.
И бессильно злилась, поймав его насмешливую улыбку, когда они занимались с миссис Моррисон: этикет и хорошие манеры давались Кате куда труднее английского языка или географии.
Катя поморщилась, вспомнив о предстоящем кошмаре: завтра воистину страшный день. Днем – благотворительный спек
Здо́рово же повеселятся Розмари и Стейси, если она в очередной раз запутается в ножах и вилках! Или не сможет поддержать беседу «ни о чем», то есть о погоде, спорте, политике, скачках, модных книгах и последних фильмах.
Катя грустно усмехнулась: Розмари со Стейси совершенно не боялись завтрашнего испытания. Обе ждали вечера с нескрываемой радостью, собираясь повеселиться и развлечься, как следует. И правильно: им-то чего дергаться? Они выбирали нужные нож и вилку, не задумываясь, чисто механически, ни на минуту не прекращая болтовни. При этом не забывали исподтишка наблюдать за Катиными мучениями и насмешливо шушукаться. Понятно, подобные торжественные ужины привычны для них, не то, что для Кати. Она дома, конечно, пользовалась ножом и вилкой, но и представить раньше не могла, что их может быть больше одной пары – зачем? Ну, к чему специальная вилка, скажем, для рыбы? Или пирожных? Чем плоха обычная?!
Нет, она завтра обязательно опозорится! Катя горестно шмыгнула носом: ужин из двенадцати
Мороза.
Герцогиня Хостонская нехотя оторвалась от компьютера, она просматривала присланные счета.
– Снова
Лена промолчала. Катя с деланым равнодушием спросила:
– Ты в конкурсе собираешься участвовать?
– А ты? – Лена отвела глаза.
– Я первая
– А о чем?
– Просто ты, пока болела, перепутала сон с явью.
– Это… как?
– Ну, тебе, например, пришел целый контейнер подарков из Англии от какой-то герцогини Хостонской…
– От… кого?!
– От герцогини Хостонской, зайка, она каждый Новый год рассылает подарки российским детям. Как-то отбирает их, не знаю уж точно по какому принципу, может компьютерная программа какая-нибудь…
– И… что?!
– Ничего. Просто в этом году ты оказалась в ее списке. А мы с папой тебе все-все рассказывали. Доктор велел непременно с тобой разговаривать, ведь ты все понимала, хоть и почти все время дремала…
«Привет! Понравился ли мой подарок русской девочке Кате Ивлевой? Надеюсь, да, я сам этот кулон выбирал. С Новым годом тебя!
И давай познакомимся по-настоящему, я сейчас как раз за компьютером… Ты не против? Ройс».