Говорят, надежда умирает последней. Я бы убил ее первой. Убита надежда – и исчез страх, убита надежда – и человек стал деятельным, убита надежда – появилась самостоятельность. И первое, что я стараюсь сделать для своих клиентов и пациентов, – это убить в них надежду, что все как-то перемелется, утрясется, обойдется, стерпится, слюбится. Нет, не перемелется, не утрясется, не обойдется, не стерпится, не слюбится!
