…Молодой человек лет двадцати спускается по ступенькам подъезда, заматывая шею длинным шарфом. Декабрьские снежинки танцуют в воздухе, ложатся на светлые кудри и кончик носа. Брендон чихает, поднимает воротник пальто повыше. Ступает на тротуар, шарит по карманам, ища бумажник, делает шаг на мостовую.
– Папа! Сто-о-ой! – замирает в отдалении девичий крик.
Юноша останавливается, оборачивается, услышав смутно знакомый голос. Мимо, обдав его облаком едкого дыма, с грохотом проносится автомобиль. Брендон отшатывается назад, поскальзывается и с трудом успевает ухватиться за водоколонку. С минуту он стоит, переводя дыхание, потом бегом возвращается в дом.
– Кимберли! Дорогая! – зовет он с порога.
В прихожую выглядывает миловидная молодая женщина с годовалой малышкой на руках.
– Ты опять что-то забыл, растяпа мой?
– Я вот чуть под машину не попал, – виновато разводит руками Брендон. – Но кто-то окликнул. Как будто Фэй, но совсем взрослая. И машина мимо проехала. Чудеса, правда?
– Ох, Брендон Фланнаган! – укоризненно качает головой жена. – Ну что ж, проживем денек без свежей сдобы.
Брендон снимает в прихожей пальто и ботинки, наматывает на вешалку шарф и проходит к окну в спальне. За стеклом тихо падает снег, и в танце снежинок юноше видится силуэт худенькой девушки с воздетыми к небу руками.
