В банках мальчики сидят, которые едва читать научились. А вы все убиваетесь: разорили страну, продали державу… Нет бы учебник какой почитать, глядишь, и поумнели б…
Пораженная его обличительной речью, Александра молчала. Никогда раньше он не излагал ей своих взглядов на историческую родину. Казалось, его вообще мало интересовала окружающая действительность, хотя, считала Александра, для иностранца он разбирается в ней даже слишком хорошо.
Но что он понимал – француз, впервые приехавший в Россию, когда все самое тяжелое и страшное уже стало прошлым? Ничего-то он не видел, про социализм, должно быть, только читал, очереди за мылом и колбасой обошли Париж стороной, идеологию марксизма в Сорбонне вряд ли преподавали, да и бабушка едва ли читала ему на ночь трогательные рассказы о детстве Володи Ульянова.
– Любите вы нас поучить, – нарушила молчание Александра, внезапно почувствовав острую обиду «за державу». – Все-то вы, иностранцы, знаете. Хотя это просто смешно – делать какие-то выводы, прожив полгода в Москве.
