Kitobdan iqtiboslar Эволюция Mmuallif Джереми Бейтс
Но как оставаться позитивной, когда за тобой охотится существо, которому место только в кошмарных снах?
Конечно, она знала, что экстремальные виды спорта — штука рискованная. Собственно, в первую очередь ее привлекал именно риск. Однако она принадлежала к людям, которые считают: что-то страшное может произойти только с другими. Но никак не с ней. Это исключено. Она всегда была хорошо подготовлена, натренирована и окружена специалистами.
Теория о русалах в сухих научных журналах — это, конечно, интересно и увлекательно, но не более того. Но когда ты получаешь информацию из первых рук — это нечто совсем другое. Его непоколебимая уверенность в собственной правоте — и неправоте других — вызывала восхищение, привлекала и заражала… до такой степени, что впервые за свою карьеру океанографа она была готова принять на веру или хотя бы рассмотреть научную гипотезу, не перепроверив предварительно все факты.
— Думаете, они привели нас сюда, чтобы показать нам этот шикарный вид?
— Думаю, они хотят сунуть нас в котел с кипящей водой и добавить морковку и картошку, — сказала Рэд.
Однажды он сказал ей: «Когда ныряешь с аквалангом в открытой воде, ты всегда знаешь: плыви вверх, и выплывешь на поверхность. А когда погружаешься в пещеру, даже если знаешь, где верх, — это не имеет значения. Так что спасибо, дорогая, но нет».
Ее устраивала заурядная жизнь, потому что она считала, что не заслуживает лучшего.
Эльза лежала в постели в темноте и смотрела на исчерченный тенями потолок. Она взглянула на светящиеся цифровые часы на прикроватной тумбочке. Четырнадцать минут второго. Последний раз она смотрела на часы тридцать минут назад. Обычно, когда не спится, она думала о еде.
— Ваше объяснение как раз и будет подводкой. Может быть, объясните, почему они выглядят именно так, а не иначе. Почему у них хвосты и все такое прочее.
— Хвосты им нужны, чтобы плавать, Майк.
Толстяк Майк хлопнул себя по колену.
— Забавно, приятель! Не забудьте сказать об этом на камеру. С каменным лицом, как сейчас. Готовы?
— Конечно.
— Да, все ученые стремятся к знаниям и истине. Все ученые любопытны. Я лишь хочу сказать, что не все они одержимы страстью. Раньше страсть была свойственна и мне. Теперь… не очень. Именно это я имела в виду, когда сказала, что завидую вам. Я завидую вашей страсти.
— А у вас все по-другому, правда? Мир в ваших глазах по-прежнему загадочен и чудесен. Ведь так?