Десять чайных чашек, или убийство павлиньими перьями

 Десять чайных чашек, или убийство павлиньими перьями

Toʻliq oʻqish va tinglash
Bepul parcha
O‘qish
Золотой век детектива оставил немало звездных имен — А. Кристи, Г. К. Честертон, Г. Леру и др. В этой яркой плеяде Джон Диксон Карр (1906–1977) занимает самое почетное место. «Убийство в запертой комнате», где нет места бешеным погоням и перестрелкам, а круг подозреваемых максимально ограничен, — излюбленный прием автора. Карр заманивает читателя в сети ловко расставленных ловушек, ложных подсказок, обманных ходов и тонких намеков и предлагает принять участие в решении хитроумной головоломки. Роман «Десять чайных чашек, или Убийство павлиньими перьями» продолжает серию о великолепном сэре Генри Мерривейле — обаятельном, эксцентричном, взбалмошном толстяке, ставшем, по признанию критиков, одним из самых неординарных сыщиков в детективной литературе.

Kitobning boshqa versiyalari1

Десять чайных чашек, или убийство павлиньими перьями
Десять чайных чашек, или убийство павлиньими перьями
·
Джон Диксон Карр
Oʻqib boʻldingizmi? Fikringiz qanday?

Taassurotlar65

Ирина К.
Ирина К.taassurotlarni ulashish2 hafta oldin
👍Tavsiya etaman
Немного сложно читать, язык книги старомодный, плотный, но интересно.
Fikr bildirish
👍Tavsiya etaman
Интересно
Fikr bildirish
kateoltscheva
kateoltschevataassurotlarni ulashish5 oy oldin
👍Tavsiya etaman
Интересно, стильно и держит в напряжении.
Fikr bildirish

Iqtiboslar22

Анна С.
Анна С.iqtibos olmoqda1 oy oldin
Нашему правосудию не всегда присуща слепота богини, но у него плоскостопие, как у полисмена.
Fikr bildirish
я пришел к выводу, что существуют только три вида убийства в запертой комнате: первый — с фальшивым самоубийством, второй — с фальшивым призраком, и третий — с серией несчастных случаев, которые убийца якобы никак не мог предотвратить. Что ж, я ошибался. Начиная мало-помалу понимать, на чем основан этот изящный трюк, я обнаружил четвертый вид, самый остроумный из всех. Хитроумный преступник осознал юридическую ценность невозможности. Он понял, что, если ему удастся создать невозможную ситуацию, его никогда не осудят за убийство, даже если доказательств будет достаточно, чтобы повесить коллегию епископов. Он пытается избежать не столько разоблачения, сколько карающей ипостаси закона. Он сознает, что, помимо немыслимости, все остальные способы сокрытия следов преступления неуклюжи и ненадежны.
Fikr bildirish
Когда колыхались ее рубенсовские округлости, платье вспыхивало и переливалось в электрическом свете
Fikr bildirish

Javonda1

📚
Ksenon
Ksenon
352 kitob
1