Вкусы, которые стоят за этими новыми пространствами потребления, обладают большей силой потому, что они выводят старожилов из зоны комфорта: постепенно места, поддерживавшие их образ жизни, превращаются в места, где эти старожилы своей жизнью поддерживают существование другого культурного сообщества.
