Наверное, он как-то по-иному должен был сообщить – мягче, не так ультимативно, без «не могу, все». Это звучало как «отвяжись и заткнись». Грубо и обидно.
Он, сам того не желая, показал жене, что у него есть личное пространство, в которое он пускает ее по своему усмотрению.
Я все объяснил. Не могу. Все.
Ольга очень тонкий человек и расценит эти слова если не как пощечину, то как с грохотом захлопнутую дверь перед своим носом.
