Вступление
В свои сорок пять Джек Фокс, обозреватель одной из газет, узнал об Анне Морель, одной из самых ярких художниц туманной Англии восемнадцатого века. Решение созрело мгновенно: он должен написать о ней статью! Но судьба распорядилась иначе: статья так и не увидела свет, оборвавшиеся на безжалостном приступе острой сердечной недостаточности Джека.
Его брат, Чарли Браун, брутальный мужчина с темными кудрями волос и густой бородой, обрамляющими его лицо. На нем была надета дорогая белая рубашка с длинными рукавами и оливковые брюки, слегка помятые, как будто он только что вернулся из долгого путешествия. На левом запястье — строгие черные часы с темным циферблатом, намекающие на пунктуальность, скрывающуюся за внешней непринужденностью. В левой руке он небрежно держал черный пиджак, перекинутый через правую руку. Он, специалист газетного дела, журналист, стоявший у дверей редакции, и лучший друг Фокса, с трудом верил в случившееся. Джек всегда был такой энергичный и неугомонный, внезапно ушел, оставив после себя лишь недописанную статью и зияющую пустоту в его сердце.
Зная, с каким неистовым желанием его друг собирал материал о художнице, Чарли поклялся довести незаконченное дело товарища до конца. Он перечитал все наброски Джека, исписанные его размашистым почерком, вникая в каждое слово, в каждую фразу об Анне Морель. Она действительно была загадкой, эта Анна. Ее картины, словно сотканные из тумана и света, завораживали и пугали одновременно. Ее выставки всегда собирали толпу, но сама художница ушла из жизни из-за страшной болезни.
И еще Чарли с удивлением узнал из записок друга, что в настоящее время в Англии живет и творит ее
полная тезка Анна Морель, волею судьбы ее родственница в далеком поколении, ставшая тоже художницей. Завершить дело Джека для Чарли было не просто профессиональным долгом. Это была дань памяти брату. Он решил начать с того момента, когда оборвалась жизнь Джека. С интервью Анны Морель XXI века. Он выяснил, что в Париже в скором времени откроется
выставка, на которой будут представлены ее работы. Найдя адрес галереи и купив билет на самолет, Чарли незамедлительно отправился в столицу Франции навстречу неизвестности, в мир туманной живописи, где правда и вымысел переплетались в причудливый узор.
Дверь галереи, расположенной в доме в тихом переулке
Антуана Карема, открыла хрупкая женщина с красивыми зелеными глазами. В ее облике было что– то неземное, словно сошедшее с одного из холстов Анны. Чарли представился и объяснил цель своего визита:
— Bonjour, мадам. Меня зовут Чарли Браун.
Мой брат Джек Фокс, журналист одной из газет, писал газетную статью про художницу Анну Морель, но довести свою работу до конца так и не успел. Теперь я взял эту работу на себя. Вы не могли бы мне про нее рассказать более подробно?
Он увидел, как в глазах женщины вспыхнул яркий огонек радости.
— Bonjour, месье. Да, конечно. Я знаю Анну довольно долго.
Каждые три месяца ее работы выставляются у нас на вернисажах.
— А вы знаете, как ее отыскать?
— Да, конечно. Она проживает вот по этому адресу.
Женщина протянула ему листок бумаги.
Чарли развернул лист с адресом: <<Англия, город Лондон, Роуз-Стрит, 22>>.
— Позвольте узнать об Анне более подробно?
— С большим удовольствием.
Она рассказала ему о дружбе с Анной, о ее
живописи — трепетной, глубокой — и о горячем желании Анны открыть миру этот скрытый талант.
— Благодарю, мадам. Вы мне очень помогли.
— Была рада помочь, месье. Я сообщу ей о
Вашем скором визите.
Для Чарли, эта женщина оказалась ключом к адресу, где живет сама Анна Морель.
Чарли понял, что статья Джека была не просто журналистским материалом, а признанием в любви к искусству, красоте жизни, которая, увы, оказалась такой недолгой.
Лондон, Роуз-Стрит, 22. Он перечитывал этот адрес, стоя в парижском аэропорту Шарль-де-Голль.
Утром следующего дня он стоял перед калиткой номер 22 на Роуз-Стрит. Перед ним была красивая усадьба с большими колоннами, садом, отделенная от улицы кованой металлической оградой с замысловатыми узорами, воротами и небольшой калиткой сбоку от них. Чуть в глубине стоял бирюзовый двухэтажный дом с просторной террасой и балконом, словно сошедший с картины.
С глубокой надеждой на успех Чарли нажал кнопку звонка.
Калитку открыл высокий мужчина, одетый в строгую белую рубашку и черный сюртук:
— Добрый день! Меня зовут Чарли Браун, я журналист одной из лондонских редакций, приехал взять интервью у мисс Анны Морель.
— Добрый день, сударь! Вас уже ожидают.
Перешагнув порог калитки, Чарли увидел, что усадьба перед его глазами оказалась еще прекраснее и вызвала неподдельный восторг. От этого перехватило дыхание.
Пройдя на территорию усадьбы, он опешил от красоты. Как только он подошел к дому, открылись двери, и на террасу выехала в инвалидном кресле пожилая женщина с добрым лицом.
Глаза Чарли расширились от удивления. Анна Морель?! Эта седовласая дама?! Это
совсем не вязалось с образом загадочной художницы, чьи картины так пленили его в Париже.
— Добрый день, молодой человек, — прозвучал тихий, но твердый голос. — Катрин предупредила меня о вашем визите.
Мои глубочайшие соболезнования в связи с утратой Вашего брата.
Постараюсь ответить на все, что Вас интересует.
Томас, Грейс, будьте добры, приготовьте для мистера Чарли отдельную спальню, растопите камин и приготовьте горячий чай.
— Сию минуту, мадам.
— Чарли, проходите, пожалуйста, в зал и устраивайтесь, где вам будет удобно.
Он вошел в просторный зал, где в глубине стоял массивный камин из камня с тонкой резьбой. Над камином в золоченой раме, висел портрет — Анны Морель 18 века, в изящном платье и изысканной шляпе, о
