— Я знала одну итальянскую графиню, — сказала светская дама, — она была в школе с мамой. Никогда она не сворачивала и на полмили со своей дороги ради красивого вида.
«Зачем существуют художники? — говорила она. — Если есть что-либо красивое, пусть принесут мне, и я посмотрю».
Она говорила, что предпочитает изображение самой вещи, что последняя в таком виде гораздо художественнее.
«В ландшафте, — жаловалась она, — всегда найдется вдали какая-нибудь труба, или на первом плане ресторан, которые портят весь эффект. Художник их уничтожает. Если необходимо оживить пейзаж, он поставит корову или хорошенькую девушку. Настоящая корова, окажись она тут случайно, стояла бы где-нибудь в неподобающем месте и в неподобающей позе; девушка непременно оказалась бы толстой и бог весть в какой шляпе. Художник знает, какая тут должна быть девушка, и постарается, чтоб на ней была подходящая шляпа».
