Я пробежала заголовки, один гнуснее другого: «Убийство инкассатора», «Раздели старуху», «Утюг как движущая сила бытовухи», «Трагедия на улице Коненкова».
Эта мысль пронзила меня своей бесповоротностью и естественностью, а вслед за этим и решение, такое простое, что я даже улыбнулась.
Влас скорее почувствовал улыбку, чем увидел ее, – нюх у него был звериный, – но интерпретировал ее по-своему:
– Много пьешь, – соплячка вздумала сделать мне замечание. – Ну его в задницу, это искусство, точно… А то я уже подумала, что ты начнешь спрашивать у меня про любимого режиссера.
