Kitobdan iqtiboslar Ереван: архитектура советского модернизма. 1955–1991mualliflar Анна Броновицкая, Юрий Пальмин, Елена Маркус
При проектировании Каскада обнаружилась градостроительная (или скорее, инженерная) неточность: ось сквера Таманяна отклоняется от мемориала с обелиском на несколько градусов. Архитекторы выбрали в качестве основной ось улицы-сквера, так что с высоты птичьего полета виден небольшой излом между Каскадом и плитой монумента с обелиском.
Наш город расположен на стыке гор и равнин. С северной стороны имеется своеобразное плоскогорье, а с южной — равнинная местность. Это обстоятельство благоприятствует развитию города. Если поставить вопрос: не будет ли лучше построить новый город в другом месте, тогда я отвечу: что нынешнее место города очень хорошее и удобное, вокруг него находится ряд больших населенных мест: Камарлу [Арташат], Вагаршапат [Эчмиадзин], Аштарак, Ошакан, Ахта [Раздан] и другие. Эти населенные пункты в своей хозяйственной жизни стремятся к центру, то есть к Еревану», — пишет Таманян в 1924 году о радикальной перекройке города, а это значит, что «город должен остаться на своем месте, но изменить форму в соответствии с новым генпланом»1.
Если павильон «Еритасардакан» можно связать разве что с французской традицией «говорящей архитектуры» (вспоминаются проекты Клода-Николя Леду для города Шо), то у павильона станции «Сараланджи» (теперь «Маршал Баграмян», архитекторы Спартак Кнтехцян и Альберт Зурабян) есть совершенно четкий модернистский прототип — здание Новой национальной галереи в Берлине (1962–1968, Людвиг Мис ван дер Роэ).
При этом история армянского коньяка не очень долгая, меньше 150 лет. Первое в Армении производство крепкого виноградного напитка по французской технологии открыл в 1887 году Нерсес Тариян, а уже в 1898 году оно было поглощено российским алкогольным конгломератом «Н. Л. Шустов и сыновья».
По расчетам советских специалистов, использование метода подъема этажей и перекрытий обеспечивало существенное снижение стоимости строительства. Так, с одной стороны, «показателем эффективности метода подъема в современных условиях является снижение на 35–60% необходимых капитальных вложений в производственную базу строительства и сопряженные отрасли в связи с уменьшенной потребностью в заводских площадях, оборудовании, формах, транспорте», а с другой — «эффект применения метода подъема перекрытий и этажей по сравнению с полносборным строительством можно оценить снижением показателей на 1 м² общей площади: расхода стали на 5–8 кг, цемента на 15–20 кг, удельных капитальных вложений на 20–38 руб/год, приведенных затрат на 5–7 руб.»9.
Тут, правда, стоит учитывать, что расчет стоимости в плановой экономике велся без учета реальной цены материалов и с фиксированной заработной платой, а экономическая эффективность измерялась не прибылью, а экономией по плану, в том случае, когда, например, «расход металла в жилых домах, возводимых методом подъема, сокращается на 12–21% по сравнению с контрольными показателями, утвержденными Госгражданстроем для сейсмических районов»10.
Еще в процессе строительства архитекторов вынудили отказаться от самого радикального элемента их замысла, бассейна в большом зале. Джим Торосян и Геворг Арамян хотели, чтобы посетители музея постоянно находились в состоянии напряженного внимания, и потому сделали внутренние лестницы без перил, а пол в большом зале собирались покрыть водой, оставив для передвижения зрителей и созерцания предметов искусства довольно узкие дорожки и небольшие островки. Несмотря на то что гидроизоляция и дренаж были уже выполнены, в последний момент было решено отказаться от бассейна и настелить поверх обычный пол13.
Основатель ереванского Музея современного искусства Генрих Игитян, оглядываясь назад на годы борьбы за создание музея, как-то процитировал слова журналиста Карена Микаеляна о том, что появление этого музея в 1972 году было «не менее поразительно, чем приземление самолетика молодого немецкого летчика Руста на Красной площади в Москве в 1987-м»1.
Важнейшей из этих идей стало разделение зон вылета и прилета на два уровня, к каждому из которых можно подъехать на автомобиле — с тех пор это решение стало стандартным и применяется во всех крупных аэропортах. Вторая идея заключалась в изменении формы терминалов с прямоугольной на круглую или граненую ради увеличения количества выходов на посадку, расположенных на небольшом расстоянии друг от друга. Компактная планировка связана с третьей идеей — сокращения пути пассажира от автомобиля или автобуса, привезшего его в аэропорт, до самолета: в те блаженные времена контроль безопасности был минимальным и в терминале можно было провести всего несколько минут.
Двойное кодирование — один из ключевых признаков постмодернизма, который во второй половине семидесятых добрался до Советского Союза, не обойдя и Армению.
АрмГИИГИС (название расшифровывается как Армянский государственный институт инженерно-геодезических изысканий и съемок) очень прост: за вытянутым вдоль улицы горизонтальным корпусом возвышается обычный параллелепипед, как будто одну из башен комплекса НИИ отделили и придвинули ближе к проспекту.