Kitobdan iqtiboslar Василиса Предерзкаяmuallif Маргарита Блинова
его охотно поддержал звериный рев мужской половины гостей. Брат невесты так вообще вскочил на стул и громко свистнул. Насилу всех утихомирили.
– Согласна ли ты, Ириша, стать разведенкой с прицепом и гордо вложить в свой кошелек скидочную карту в «Красное/Серое»?
– Аминь, сестра! – воскликнула та, салютуя бокалом.
1 kishiga yoqdi
Нельзя отрицать тот факт, что человека тянет к добру. Особенно к чужому.
1 kishiga yoqdi
Охнул, прижал раненую руку к груди, перекинул посох в другую и так огрел противника, что тот прилег подумать о своем поведении в ближайших кустиках черники.
и со шкодливой улыбкой приложила руку к поверхности камня.
«Без вариантов», – сообщил тот.
– Ну знаешь ли… – возмутилась. – От тебя я такой подставы не ждала.
«А будешь жаловаться… – появились на камне буквы, и чуть ниже начало тревожно проступать: – Направо пойдешь – в рабство попадешь. Налево пойдешь – дитя обретешь. Прямо пойдешь – свадьбе быть».
– Все-все! Я поняла. И больше не выступаю, – поспешила я откреститься от обозначенных маршрутов. – Пошли, Беся. Здесь нас не любят и не ценят.
Лошадка согласно фыркнула, дождалась, пока я залезу, и побежала по дороге.
Ты кто такая?
– Да, точно, – спохватился эльф. – Вернемся к тебе. Как размножаться предлагаешь?
– Неправильные вы вопросы задаете. Неправильные, – решительно обиделась я. – Соловей, вот вам сколько полных лет?
– Сто сорок два.
– О-о-о! – уважительно протянула я и веско добавила: – Пора.
– А у вас веко дрогнуло, – поразила я всех своей наблюдательностью.
– Что?
Соловей поднял руку, быстро прикрыл ладонью задрожавшее веко и зло покосился на меня.
– А чего вы так смутились? – Я искренне не видела причин, чтобы так сверкать глазами. – Ведь всякий в курсе, что за каждым нервным тиком скрывается увлекательная история.
Эльф в только-он-знает-каком-поколении выпрямился при виде незваной гостьи, изобразил на прекрасной физиономии гримаску презрения и приготовился сказать нечто уничижительное, но неожиданно даже для себя издал звонкое и забористое:
– Ик!
– Очень доброй ночи, господин Соловей, – бойко поприветствовала я в ответ, стремительно преодолевая разделяющее нас расстояние и дерзко протягивая ладонь для рукопожатия. – Рада познакомиться с будущим деловым партнером.
Эльф, сбитый с толку семейным напором Предерзких, в мгновение ока излечился от икоты. На рефлексах протянул руку, которую я энергично потрясла, и только потом спохватился:
– Кем-кем?
– Партнером, – с придурковатой улыбкой повторила я, вспомнила встречу с Горынычем и поспешно уточнила: – Деловым партнером. Не путать с брачным, пожалуйста. Для продолжения рода я не гожусь.
– Почему же сразу нет? – ответил эльф, эдак пристально оглядывая меня с ног до растрепанных рыжих волос, словно мог вот так запросто посчитать число яйцеклеток, подходящих для этого самого продолжения.
Цок-цок-цок», – донеслось сверху.
Задрав голову, я ахнула. Моя полная дефектов чудо-юдо-лошадь вновь сменила окрас на черный. А еще, по всей видимости, решила отработать полученную кличку и теперь неторопливо трусила по одной из веток. Дошла до середины, примерилась и ловко перемахнула на соседнюю, затерявшись среди густой листвы.
– Во дает! – не то восхитилась, не то посетовала я, нашла дерево посговорчивее и, проклиная все на свете, взялась за штурм.
В конце концов, если даже лошадь способна взобраться наверх, то чем я-то хуже?!
Как выяснилось через пару минут, всем!
Если брать за основу эволюции теорию того, что люди произошли от обезьян, то обезьяна, давшая начало роду Предерзких, была криворуким приматом, который упал на землю одним из первых и решил больше не пробовать лазать по веткам.
Я пыхтела, сопела, отплевывалась, когда в лицо летела веточка, лист или другой лесной мусор, и мысленно проклинала этот поход непечатными словами. А еще на все лады склоняла Соловья-разбойника, построившего логово на семи дубах.
И так хорошо склоняла, что где-то наверху послышалось звонкое:
– Ик!
Походив туда-сюда, я вывалилась из очередных кустов и к своему ужасу обнаружила двух представителей высшей ступени эволюции за попыткой тишком скурить веточку запрещенной флоры.
– Э-э-эм… Доброй ночи, господа разбойники, а… Соловья где поискать?
Господа разбойники задумчиво переглянулись и показали. В разные стороны показали.
– Премного благодарна, – улыбнулась я, торопливо пятясь обратно.
Если бы чуйка на неприятности имела физическую оболочку, то точно осенила бы себя оберегающим жестом.