Kitobdan iqtiboslar Сотворение дома
muallif Джудит Фландерс

И это не было следствием жизни в небольшом пространстве – таково было состояние ума. Королевская власть долго добивалась того, чтобы аристократия присутствовала на утренних приемах, то есть буквально у кровати. С точки зрения современности некоторые моменты быта того времени могли бы показаться чересчур публичными.

Известно, что в начале XVIII века в Британии на три— семь комнат приходилось четыре – семь человек.

В Средние века знатные семьи жили открытым домом, господа обычно проводили время в зале в окружении своих слуг, жильцов и иждивенцев. Постепенно, начиная с XIV по XVI век, в зависимости от региона семья и особо важные гости стали удаляться из шумного холла в отдельную комнату для трапезы и

В Европе, напротив, к концу XVIII века показатели стали опускаться. В 1801 году хозяйства заметно уменьшились, насчитывая в среднем пять человек. (Для сравнения: по данным за 2012 год, количество людей на одно домохозяйство составило 2,4 человека.) Зачастую в одном доме проживало несколько семей, и так жили многие.

На протяжении периода Средних веков и далее холл был главной, а порой также и единственной комнатой дома, в которой располагался очаг с открытым огнем. Трубы и дымоходы отсутствовали, и дым поднимался к стропилам комнаты без потолка или выходил наружу через прикрытые заслонками дыры или прорези. Избавляться от дыма помогал также сквозняк, идущий от окон и дверей, расположенных соответствующим образом.

Но это стало проблемой не только XIX века. Сегодняшняя зачастую фанатичная погоня за аутентичностью может привести, как в случае с Уильямом Моррисом, к отсутствию аутентичности. Показ жилого пространства, относящегося к одному периоду, должен быть строго ограничен регионом или датой. Нельзя позволять себе сбор экспонатов для реального дома из различных десятилетий, если не веков. Необходимо учитывать влияние торговых путей XVI века, которые разносили по всему миру предметы, не имеющие отношения к местности, где находился дом.

Сначала в Северной Европе произошел рост популярности слов, связанных с понятием физического комфорта. Ближе к концу XIX века уже существовала длительная традиция выражения не только физического, но и эмоционального комфорта,

Раньше жилище считалось хорошим, если давало защиту от дождя, было достаточно просторным, прочным. Плохим считалось то, что не обеспечивало защиту от непогоды, оказывалось слишком мало или плохо построено. Теперь дома оказывались хороши, если относились к разряду фешенебельных, то есть построенных по последней моде. Наступило время, когда небольшой дом мог считаться стоящим, если он вызывал не только у проживающих, но и у стороннего наблюдателя ощущение эмоционального комфорта. При описании дома слово эстетического направления – красиво – постепенно отходило на задний план, уступая позиции словам, которые указывают на моральную сторону – достойный и правильный.

К XIX веку централизация домашней жизни настолько прочно укоренилась, стала такой всеобъемлющей, что никто уже не мог представить себе, как жить иначе. В частности, вот что сказал немец, побывавший в Лондоне: «Англичанин видит в своем доме воплощение всей своей жизни».