ta muallif kitobidan iqtiboslar  Весь Даль

Когда, бывало, учитель сёк нас в уездном училище, то уверял всегда и приговаривал во все время секуции: „Не я бью, сам себя бьешь“.
Fikr bildirish
первый фланг примыкал к низменному острову, левый к Чесменской губе. Гребные суда, баркасы и галеры держались на веслах между флотом и берегом
Fikr bildirish
развесит в лавочке пучков десяток лычных и пеньковых веревок, обротей, недоуздков да три венка репчатого лука; поставит бочку дегтя, другую меда — они по пословице вместе живут, десяток ременных кнутов, тесаных дуг, оглобель, лаптей, пряников, тесемок и несколько вязанок барашек.
Fikr bildirish
там либо пойдет он и сам сядет на печь, сбыв дела, либо займется в деревне торговлей, коли деньги тут не пропадут в закладах.
Fikr bildirish
кормил дома в деревне семью.
Fikr bildirish
у Ивана был земляк-полотер, человек довольно тонкого обращения, и у него-то Иван выучился объясняться несколько вежливее.
Fikr bildirish
Григорий был твердо, логически убежден, что виноват тот, кто попался, а не тот, кто украл;
Fikr bildirish
У Григория был еще небольшой промысел: он занимался в своем кругу оборотишками по небольшому домашнему банку и отдавал за верным поручительством или под заклады до сотни рублей в рост.
Fikr bildirish
Он перенял у остряка Ивана давать постояльцам своим прозвания по числу рублей, получаемых от них к рождеству и к святой: «двугривенный переплетчик», «трехрублевый чиновник»
Fikr bildirish
Что за праздник нашему брату! Тут и всего-то три дня; не успеешь не то что погулять, а на съезжую попасть».
Fikr bildirish