– Ты отняла ее у меня, так что эта твоя тактика запугивания больше не работает. Какая мне разница, простит она меня или нет, если Елена больше не будет согревать ночью мою постель и член?
Кармен фыркает, ее взгляд полон отвращения.
– Такой же грубый и мерзкий, как всегда.
Я подхожу ближе, указательный палец скользит по спусковому крючку.
– Думаешь, это грубо? Представь, сколько раз я приказывал твоей дочери встать на колени, а потом смотрел, как она давится моим членом. Сколько раз я резал ее кожу, а затем слизывал кровь, ее вкус практически отпечатался в моих рецепторах.
