Извините за дерзости невольные. Мне самому не очень приятно о такой дряни с вами говорить, как убийство. Я о другом бы с вами хотел беседовать: о ваших песнях. Одна мне очень нравится, про любовь… «Любовь, моя любовь, как рассказать мне о ней тебе…» Это кто вам такую музыку классную написал?
– Один парень из Челябинска. Я даже фамилии его не знаю, – тихо сказала Аврора, – они группу свою хотели в Челябе организовать, спонсоров искали. Ну, и в одном клубе попались на глаза Гусарову. Он их послушал, наобещал с три короба и купил сразу несколько песен. Оптом. Я спела «Любовь». Ну и удачно все вышло, хит родился. А тот парень, автор, потом погиб. Вроде пьяный на мотоцикле разбился, а там уж не знаю… Что вы на меня так смотрите? Вы же о песнях моих хотели говорить со мной. А я правду вам о них рассказываю.
– Вы еще будете петь, Аврора? – спросил Никита.
– Понятия не имею. Сложно все как-то стало. Одной очень сложно. Пока у меня планы самые скромные. В сентябре старший мой, Дима, в школу пойдет. Школу надо искать приличную – лицей, гимназию. Потом с квартирой надо как-то вопрос решить. Мы ведь до сих пор у мамы моей на чемоданах ютимся.
– Хотите купить квартиру?
– Да, побольше, попросторнее, чем мамина. Сейчас как раз варианты подыскиваем.
– А Студнев вам не помогал квартирный вопрос решать?
– Его мой быт совершенно не интересовал. Он думал, что я на Луне живу, наверное. А встречались мы… Вас ведь это, конечно, интересует… всегда у него, здесь, в этих богоспасаемых Столбах. Или уезжали за город, на природу.
– Что вы все-таки отмечали в пятницу в «Аль-Магрибе», а? – спросил Никита. – Не пойму я что-то.
– Да ничего я конкретно не отмечала, – Аврора тяжело вздохнула, – так просто решила встряхнуться, не закисать. А то все одна да одна – с детьми, с мамой. А до этого в доме мужа в Немчиновке вообще как в тюрьме была. Все время охранник маячит, куда ни пойдешь. Ничего нельзя. Ко мне из моих знакомых никто не смел приезжать, только гусаровские приятели. Ну и захотелось мне с людьми нормальными, хорошими пообщаться. Марьяша Потехина – я ее нежно люблю. У нее отличный ресторан. Ой, у меня же совсем из головы вылетело… Скажите, а что же теперь будет с «Аль-Магрибом»? – Аврора тревожно заглянула Колосову в глаза. – Потехина боится, что ресторан теперь закроют.
– Не закроют, – ответил Колосов.
– Это правда?
– Правда. Мы не можем, не имеем права закрывать его. Я справку получил из санэпиднадзора – они провели проверку. В самом ресторане ничего такого не обнаружено. Ну, в смысле подозрительного… Я думаю, через пару дней снова начнет принимать клиентов.
– Сегодня же Марьяше позвоню, успокою ее, – сказала Аврора, – хоть одна хорошая новость за эти дни.
