Поэтому Крису удалось урвать минутку и отвести Гвин в сторону, чтобы попрощаться в тишине, без посторонних глаз. Он привлек закутанную в теплый плащ девушку к себе и заключил в долгие крепкие объятия.
– Не попадай в неприятности, – попросила адептка. – Береги себя. И приглядывай за папой. Он бывает рассеянным, когда увлекается новыми делами, ты знаешь, – она отстранилась, чтобы посмотреть в голубые глаза. – Я буду ужасно скучать по тебе.
– И я по тебе, вишенка, не сомневайся, – Крисмер наклонился к ее уху и прошептал: – Даже в самую ясную ночь ты останешься единственной звездой, которую я буду видеть до конца моей жизни.
А потом он легонько поцеловал ее удивленно приоткрытые губы. И ушел туда, где его мастер громко бранил одного из матросов, который нечаянно расколол длинную стеклянную трубку перегонного аппарата
