ta muallif kitobidan iqtiboslar  Дорогой читатель. Заметки на полях

Правку текста Чехов делал с подачи известного Суворина (кстати, масона): мол, слишком сложно заворачиваете Антон Палыч, люди не понимают, попроще нужно, попроще.
Fikr bildirish
Вот и отличный повод для сближения Треплева и Медведенко: Фламмарион, загадочное мироведение, «научно-популярные» статьи для детей младшего школьного возраста, которыми трудно не увлечься, будучи избалованным барчуком без определенных занятий или сельским учителем из глубинки, и, конечно же, люди доброй воли, сеющие разумное, доброе, вечное. Видимо на почве любви к истине в одном из собраний ложи «мироведов» (мироеедов, ведь Земля благодаря их неусыпному попечению в итоге гибнет) они, скорее всего, и познакомились.
Fikr bildirish
погибнет вследствие охлаждения земных полушарий».
Fikr bildirish
Например, философствования Медведенко, вроде этого: «И прежде чем Европа достигнет результатов, человечество, как пишет Фламмарион, погиб
Fikr bildirish
в представлении, кто сам включится в игру. В этом смысле Чехов удивительно современен, его пьесы обогнали время больше, чем на сто лет. Они как компьютерная игра, сделанная еще задолго до того, как были изобретены компьютеры, но в предчувствии их неизбежного появления.
Fikr bildirish
не объясняет и никого никуда не ведет за руку. Ему интересна сама игра с восприятием увиденного или прочитанного, игра с теми, кто будет смотреть или читать. Чехов не разгадывает собственные загадки и шарады, как в пошлом детективе, а намеренно оставляет двусмысленные знаки. Его тексты в чем-то подобны Гераклитову огню, как нетождественная самой себе тожественность, вечно изменяемая и изменяющаяся, как ткущий сам себя лабиринт. Но лабиринт мертв, пока в нем никто не блуждает. Уязвимость Чехова в том, что ему нужен не обычный зритель или читатель, а пользователь, то есть тот, кто готов участвовать
Fikr bildirish
Чехову плевать на прогресс и правильность. Он ничего
Fikr bildirish
Чехова как драматурга продуктивно сравнить с Ибсеном и его аналитической драмой.
Fikr bildirish
Окрыленный мечтами о хате и поросятах Медведенко бросился в расставленную для него ловушку.
Fikr bildirish
Чтобы дура отстала и не лезла, Треплев, в качестве жеста доброй воли, подобрал ей подходящего жениха — глупого как пробка хохла Медведенко, который как раз мечтал волшебным образом переменить свое незавидное финансовое положение.
Fikr bildirish