Kitobdan iqtiboslar Библиотека Сталина. Вождь и его книгиmuallif Джеффри Робертс
В теории, хоть и далеко не всегда на практике, большевики исповедовали личную скромность. Их жизни были неразрывно связаны с жизнью их коллектива, которым являлась партия. Их биографии являлись лишь частью партийной истории, а характеры и личная жизнь строго подчинялись политическим нуждам. Отречение от личного в пользу коллектива, в духе нравоучительных романов эпохи Просвещения, было предметом гордости.
В 1939 году Михаил Булгаков хотел написать пьесу о юности Сталина, намереваясь сделать ее постановку частью праздничных мероприятий к шестидесятилетию вождя. Но Сталин наложил вето на проект, сказав, что «все молодые люди одинаковы, зачем же нужна пьеса о молодом Сталине?»[68].
В одном из своих сказок-рассказов великий русский писатель Щедрин дает тип бюрократа-самодура, очень ограниченного и тупого, но до крайности самоуверенного и ретивого. После того, как этот бюрократ навел во «вверенной» ему области «порядок и тишину», истребив тысячи жителей и спалив десятки городов, он оглянулся кругом и заметил на горизонте Америку – страну, конечно, малоизвестную, где имеются, оказывается, какие-то свободы, смущающие народ, и где государством управляют иными методами. Бюрократ заметил Америку и возмутился: «Что это за страна, откуда она взялась, на каком таком основании она существует? (Смех и аплодисменты в зале.) Конечно, ее случайно открыли несколько веков тому назад, но разве нельзя ее снова закрыть, чтоб духу ее не было вовсе?» (Громкий смех.) И, сказав это, положил резолюцию: «Закрыть снова Америку!» (Громкий смех
Отдельная секция была выделена под художественную литературу, и Шарапов с негодованием вспоминал об обнаруженной сталинской заметке на экземпляре «Девушки и смерти» Горького, которая гласила: «Эта штука сильнее, чем „Фауст“ Гёте /Любовь побеждает смерть/»[333]. Шарапову более по душе пришлась увлеченность Сталина трудами Салтыкова-Щедрина.
На «Ближней даче» Шарапов обнаружил большую часть книг в отдельном деревянном домике с подвалом. Он начал с томов по военному делу, обратив внимание на то, что Сталина больше интересовала история, а не стратегия или тактика – страницы книг, посвященных войнам ассирийцев, древних греков и римлян, были испещрены его пометками
Смерть одного человека – трагедия, смерть миллионов – статистика
Фиделя Кастро, что, хотя социализм имеет множество недостатков и недочетов, «недостатки эти кроются в людях, а не в системе»[18].
Часто
смущающие народ, и где государством управляют иными методами. Бюрократ заметил Америку и возмутился: «Что это за страна, откуда она взялась, на каком таком основании она существует? (Смех и аплодисменты в зале.) Конечно, ее случайно открыли несколько веков тому назад, но разве нельзя ее снова закрыть, чтоб духу ее не было вовсе?» (Громкий смех.) И, сказав это, положил резолюцию: «Закрыть снова Америку!» (Громкий смех.
Личная жизнь Светланы была полна различных перипетий – три замужества, двое детей от разных отцов, индийский коммунист-любовник Браджеш Сингх, скончавшийся в 1966 году. Светлане разрешили перевезти его прах в Индию, откуда она сенсационно сбежала в США. В следующем году Светлана опубликовала свои мемуары «20 писем другу», которые до сих пор остаются уникальным, пусть и не во всем достоверным, источником информации о личной жизни ее отца.
Дмитрий Волкогонов заявлял, что Сталин прочитал «Преданную революцию» за одну ночь, «бурля от гнева», однако тому не предоставлено никаких доказательств[449]. Стивен Коткин отмечал, что «всемогущий диктатор… собирал все книги Троцкого и о Троцком в отдельном шкафчике своего кабинета на своей Ближней даче» – чему также не приводится никаких свидетельств[450]. Безусловно, Сталин был хорошо