Onlayn kitobni bepul oʻqish Рождество на планете Зайчикиmuallif Татьяна Муратова
Татьяна Муратова
Рождество на планете Зайчики
Шрифты предоставлены компанией «ПараТайп»
© Татьяна Муратова, 2025
На Земле давно нет зимы, но она есть на планете Зайчики. Именно туда на Рождество летят Маша, Ваня, их родители, прочие пассажиры и… злодей.
Исполнятся ли Заветные желания детей и удастся ли злодею погубить Зайчики? Добрая сказка на Новый год.
ISBN 978-5-0068-6492-4
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Оглавление
Обращение к читателю
Мой юный читатель, прежде чем окунуться в небольшую фантастическую сказку, послушай, как она родилась. Много лет назад я ходила в школу и активно читала. В те времена книг было мало, на них записывались в очередь и дежурили по ночам у магазина. Мой папа очень любил читать, поэтому подписывался на классиков, а мне покупал Антологию современной фантастики — много томов, по одному в два-три месяца. Безумно интересно: братья Стругацкие, С. Г. Лем, А. Беляев, А. Толстой, И. Ефремов, даже с иллюстрациями. Конечно, я сочиняла сама, про космос и науку, про роботов и детей будущего, умных, смелых, благородных, но потом повзрослела, у меня родились детки. Они полюбили фантастику и вернули мне детство. Эта книжка для вас и ваших родителей, которые верят в сказки.
Ванин страх
Не всегда крепко зажмуренные глаза и почти настоящее оружие под подушкой спасают от кошмара.
Увы, двенадцатилетний ученик седьмого класса Ваня Петров знал об этом не понаслышке — неискоренимый страх сидел в мозгах: оказаться запертым в салоне автомобиля, где висела неприятная духота, и висела она на замкнутой тишине. Всё это означало одно — никто не поможет. По позвоночнику бежал горячий пот, а сердце колотилось, как после четвёртого круга школьного стадиона — быстро, громко. В окружающей тишине по рёбрам и в горло: пусти, пусти, пусти!
Последние модели Храмиш 2125*, оборудованные внутренним режимом микроклимата с увлажнением, циркуляцией синтетического воздуха и любимого запаха, стали для жителей города отдушиной, спасением в адском пекле летних дней. Для всех, кроме Вани Петрова. Именно Храмишей он боялся — вернее, их внутреннего пространства. Клаустрофобия* звучала приговором для него и его мамы, ведь иного способа передвижения по городу уже двадцать лет не существовало. Один человек — один вид транспорта: с пяти до четырнадцати лет — велосипед или самокат, потом — автомобиль. Ваня мучился: когда садился в машину, режим микроклимата заклинивало. Вот сейчас в Храмише автоматически заблокирована дверь, и солнце превратило металл в жареный пепел, через окна обещая телу будущее куры-гриль. Дышать становило
