Kitobdan iqtiboslar Алатырьmuallif Евгений Замятин
Audio talqin Yandex Plus multi-obunasida mavjud
Показалось, что-то трется у ног — протопопов пес — как же он с двора... Глянул, а у ног на полу — Собачея-Варвара. Ласково скалила собачьи зубы, глазами молила: "Ну, если не хочешь, ты хоть ударь — хоть ударь", терлась о ноги...
А и верно: в подбородке — вся соль. Так — лицо как лицо. Скуластое, желтое, с зализами лоб, но подбородок...
Недавно Глафира открыла: стала у ней борода расти, может, только ей одной и заметные золотые волоски. Плохой это знак: немножко еще, может год, может месяц — и начнут вянуть груди, вся начнет осыпаться, и никогда не узнает того, что знала счастливая кошка Милка.
"Я тебя, проклятого, целый час ждала,— на морозе-то, думаешь, сладко? Тоже называется — князь? Ну, если завтра не придешь на то же самое место, вот ей-Богу, уйду — и больше ни писать, ничего. Наплевать, не больно нужен-то, хоть будь ты раскнязь".
"Кн. Екатерина Вад.". "Катька, ты дура набитая" "А я его все-таки обожаю".
— Тьфу-тьфу-тьфу! Сгинь, окаянный, сгинь! Да это ты! Ух, провались ты совсем... Ну иди ж, иди, Фирочка чай отпила.
смешинки.
— Вода... неподходящая, должно быть. Разная она бывает — вода-то,— с приятностью сказал Иван Павлыч.
Ставил Иван Павлыч бутылку на стол. Костя пил. Едучим дымом застилался весь свет, и в дыму возникал светлый лик владычицы, сладкой мучительницы, Глафиры.
Посыпая тетрадку слезами, декламировал Костя:
В моей груди — мечта стоит,
И равно — всем миром владеет язык эсперанто
"...Да что — всем миром всей вселенной. На Венере какой-нибудь, венерические тамошние жители — тоже поди, эсперанто знают. А как же? Обязательно знают"