ta muallif kitobidan iqtiboslar Ништяк, браток! Антология шансона. Хиты, изменившие русскую культуру
Например, треки «Золотая осень» или «Дождь пройдет». Включите. Вам не кажется, что это Игорь Саруханов с легким бронхитом?
1 kishiga yoqdi
ритмами. Сара, Беня, Соня и другие одесситы остались в прошлом. Но в народе песню не забывали. Официально ни про «Лимончики», ни про «Бублички» петь было нельзя, но подпольно-то – можно.
Кроме того, на концертах для партийных чинов властители сами просили исполнить запрещенные песни. Тот же Утесов вспоминал, как «душили» песню «С Одесского кичмана»:
Начальник репертуарного комитета Платон Михайлович Керженцев его предупредил:
– Утесов, если вы еще раз где-нибудь споете «С одесского кичмана», это будет ваша лебединая песня. И вообще, эстрада – это третий сорт искусства, а вы, Утесов, не артист.
– А ведь Владимир Ильич Ленин в Париже часто ездил на Монмартр слушать известного шансонье Мотегюса. Ленин высоко ценил мастерство этого артиста, – парировал Утесов.
– Да, но ведь вы-то не Монтегюс, – сказал Керженцев.
– Но и вы, Платон Михайлович, между нами говоря, тоже не Ленин, – ответил Утесов. Попрощался и ушел.
А в 1935 году Леонида Осиповича пригласили на прием по случаю спасения полярников. Сталин был в зале. После официальной части генсек через помощников передал Утесову просьбу – спеть что-нибудь одесское. Ну, артист и не сплоховал, исполнил про кичман.
В 1929 году на Всероссийской музыкальной конференции был вынесен приговор – запретить исполнение и издание музыки цыганско-фокстротного направления. По мнению заседателей, она «наряду с религией, водкой и контрреволюционной агитацией, заражая нездоровыми эмоциями, играет не последнюю роль в борьбе против социалистического переустройства общества». Кабаки и рестораны закрывались. Романсы и уличные песни оказались под запретом.
Благодаря Леониду Утесову кабацкая и одесская песня продолжала звучать еще некоторое время. Со своим «Теа-джазом» артист стал исполнять композицию «про фрукты» на концертах, а в 1932 году даже издал ее на пластинке.
вообще довольно распространенная история, когда из популярной песни появляется пародийная, хулиганская. Так, например, в 1970-х Аркадий Северный пел «Стоит на полустаночке мой милый после пьяночки» вместо «Стою на полустаночке в цветастом полушалочке».
А для тех, кому и этот вариант не подходил, Леонид Утесов спел «У окошка». Мелодия прежняя, а текст исключительно про любовь. И даже никакой «Мурки» не упоминается. В 1934 году исполнять и записывать блатные и кабацкие песни было запрещено, поэтому Утесов пошел на хитрость: взял шансонную мелодию и сделал из нее хорошую, даже добрую, песенку. Но обмануть цензурные органы получилось ненадолго. В 1935 году Леониду Осиповичу запретили исполнять и продавать некоторые музыкальные произведения «упаднического характера». «Мурка», точнее «У окошка», оказалась в их числе.
Яков Ядов, автор «Бубличков» и многих других околоблатных песен.
Одна из самых известных песен заключенных – «Замучен тяжелой неволей», написанная в 1876 году, стала не просто шлягером каторжников и вольных слушателей, но и похоронным маршем, под который в 1924 году провожали Владимира Ленина. А позже она вышла на грампластинке с подписью:
«Замучен тяжелой неволей»
(Любимая песня ИЛЬИЧА)
Почему именно эту композицию так любил вождь пролетариев – неизвестно. Он вообще к музыке был неравнодушен. Некоторые исследователи указывают, что Ленин был не прочь взять кружку холодного пива и гитару, сбацать что-нибудь про тюрьму и волю. Однако у выбранной Ильичом песни интересна сама история создания.
Черные глаза», а текст – Яков Ядов, автор «Бубличков» и многих других околоблатных песен.
В 1912 году Вильгельм Гартевельд – собиратель каторжного фольклора – издал сборник «Песни каторги. Песни сибирских каторжан, беглых и бродяг».
У Михаила Захаровича есть, кроме всего прочего, страсть к внезапным дуэтам. Он пел с Егором Кридом, которого я уже упоминала, солисткой группы «Тутси» Марией Вебер, финалисткой шоу «Голос» Анастасией Спиридоновой, Филиппом Киркоровым, Мией Бойкой. Все эти дуэты выглядят, как минимум, странно. Будто взрослого дяденьку кто-то очень сильно попросил. Органичными были совместные работы с Ириной Аллегровой, Любовью Успенской, Григорием Лепсом, Александром Розенбаумом. Когда артисты на равных, когда не возникает вопроса: «А это все зачем?».
Но, наверное, именно в парадоксальности Шуфутинского и есть секрет его успеха.