Kitobdan iqtiboslar О геополитикеmuallif Карл Хаусхофер
Ведь любая полезная и стабильная граница – это не только политическая граница, но и граница многих жизненных явлений, и она сама по себе становится еще одной жизненной формой, своим собственным ландшафтом со своими собственными условиями существования, более или менее широкой зоной боевых действий, предпольем; крайне редко граница является линией, как ее легко мог бы провести юрис
1 kishiga yoqdi
Следует напомнить, что российские ученые создали собственную школу геополитики, выдвинув доктрину евразийства
идеи, которые провозглашают охватывающие целые народы, широкие цели (панидеи), инстинктивно стремятся к воплощению, а затем и к развитию в пространстве, становясь поддающимися описанию и реальными явлениями на просторах Земли в понятных, имеющих мировое политическое значение формах, даже
. Описание ею сущности индийской проблемы начинается с акцента на том факте, что Индия, имея в двадцать раз большую территорию, чем Великобритания, и население в два с половиной раза более многочисленное, чем Соединенные Штаты, – не «страна», а «субконтинент», населенный людьми различных рас и мировоззрений, где находится в процессе становления и роста чувство единения, чувство общности.
качестве морской панидеи в духе нашего времени мы должны признать лишь пантихоокеанскую. Это делает образование понятий, учитывая неповторимость противостоящей ему проблемы, столь трудным, что этим следовало бы заняться прежде всего пантихоокеанским конгрессам, журналу «Paciёc Affairs» ввиду беспримерности конструкции, которая хотя и знает предтечу, но не имеет прецедента.
Убедительный опыт географии и истории свидетельствует о том, что все
том, что им нельзя безнаказанно пренебрегать, что каждый народ должен знать картину своего культурного ландшафта сверху донизу, со всем его растительным покровом и во все времена года. Растительная граница и граница между людьми могут находиться в отношениях складывающегося сотрудничества (симбиоза) или разрушительного противоречия (антитезы);
Итак, и большие, исторически признанные границы народов, и малые формы, из которых складываются многие из них, запечатлевают тот факт, что растительный мир накладывает важный отпечаток на разделение жизненных форм человечества, напоминая о
Можно пойти еще дальше, разделив реки на энергетические и транспортные.
Такое противоречие следует, пожалуй, по праву оценивать как первое среди отдельных географических явлений, устанавливающих рубежи на лике Земли. Если мы обратимся к существу проблемы границ по водотоку, по рекам или крупным рекам, которые повсюду в мире играют такую роль – по Рейну, Дунаю и Висле, Евфрату и Араксу, Инду и Иравади – Салуину – Меконгу, по Хуанхэ и Амуру, Лоренцо и Рио-Гранде, то оно, вероятно, заключается в том, что ставят народы и их поборники границ на первый план: разделяющую способность крупной реки или же единство жизни. Но данный вопрос намного глубже связан со складом души народа, историческим опытом расы и воздействием жизненного пространства, которое ее воспитало, чем с переменой исторического опыта и политического местожительства.