Из вопросов к Ишмуратову и полученных от него ответов следовало, что он тоже не видел, чтобы хирург Горюнов или кто иной из персонала клиники выходил наружу.
Оставалось задать вопрос, который больше всего интересовал Щелкунова:
– Мне известно, что после операции, где-то около шести часов вечера или в половине седьмого, хирург Горюнов предупредил, чтобы его никто не беспокоил. Зашел в свой кабинет, заперся в нем и не выходил минут пятнадцать. Можете мне ответить, он действительно не выходил из своего кабинета, вы нигде его не встречали?
– Степан Федорович действительно устал, – сделал сочувственное лицо Ишмуратов, – прошел в свой кабинет и заперся. У него была запланирована еще одна операция, и надо было хоть немного отдохнуть… Я не видел, выходил он из кабинета или так и просидел в нем до следующей операции. Меня почти сразу медсестры позвали, нужно было перевезти тяжелобольного.
Майор также предупредил санитара, чтобы содержанием разговора он ни с кем не делился, и, попрощавшись, вышел из квартиры. То, что Горюнов в вечер убийства Полякова выпал
