Ну что, каково оно в тысяча девятьсот четырнадцатом-то? Император, поди, здравствует?
Парнишка в белоснежной рубашке с закатанными рукавами непонимающе пялится на меня.
– Я спрашиваю, у нас снова сраный сухой закон?
А те отвечают – да всем известно, что в лечебницах людей, видите ли, нарочно морят и потом делают из человечьего сала мази, а из костей порошки. Дикость, милостивый государь, дикость прямо-таки доисторическая!
однако истинная причина была в другом: чем дороже казне выходило строительство, тем больше можно было растащить казенных денег. Вообще, нажива да стяжательство при постройке всегда шли далеко впереди государственных интересов
