Тарковский и мы
Андрей Плахов

Toʻliq oʻqish va tinglash

Bepul parcha

Kitob haqida Taassurotlar6 Iqtiboslar268 Oʻqiyapti1.7K Javonlarda

«Сакральное не падает с небес, а поднимается ввысь с грешной земли усилиями людей»

Андрей Плахов — известный киновед и кинокритик, исследователь российского и зарубежного авторского кино. Был членом жюри кинофестивалей в Венеции, Берлине, Сан-Себастьяне, программным директором ММКФ и фестиваля “Зеркало” памяти Андрея Тарковского.
“Тарковский и мы” — книга о том, как киноискусство в лице большого художника способно влиять на жизнь человека — и даже радикально менять ее. О той интимной связи, которую ощущают с Тарковским люди его и последующих поколений — и в России, и в других странах.
Плахов пишет свою историю мирового кинематографа последних пятидесяти лет.
Тарковский и Параджанов, Хуциев, Соловьёв, Сокуров, Звягинцев, Триер, Феллини, Антониони, Бергман, Каурисмыки…
Мемуар личной и одновременно коллективной памяти.

Кино Исполнительские искусства

Yosh cheklovlari: 18+

Huquq egasi: АСТ

Nashr sanasi: 2025

nashriyot: Редакция Елены Шубиной

Qogʻoz sahifalar: 278

Oʻxshash kitoblar

Ираклий АндрониковВсё живо…

КинопоискКатегория «Лучший фильм». «Оскар – 2026»

18+

Камилл Ахметов125 лет кинодраматургии: От братьев Люмьер до братьев Нолан

Лев СимкинКлюч от «Покровских ворот»

КинопоискИстория отечественного кино

18+

Никита Лаврецкий, Евгений Валерьевич ТкачевЗапретные техники кино: Частные уроки от главных режиссёров современности

Кинопоиск100 великих фильмов XXI века

18+

Мария БагановаМайя Плисецкая. Адская искра

Дон-чжин ЛиМиры Пон Джун-хо. Культовый режиссер и его работы

18+

SbornikПосле Тарковского

Зигфрид КракауэрОт Калигари до Гитлера. Психологическая история немецкого кино

SbornikБалабанов. Перекрестки

Михаил УгаровПостановка взгляда. Михаил Угаров о театре, в котором не играют. Лекции, семинары и интервью

18+

Филлис ХартноллКраткая история театра

Александра МашуковаАрбузовская студия. Самозарождение театра, 1938–1945

Борис ЛюбимовТеатр эпохи восьмидесятых. Память и надежда

Дэвид Линч

Квентин ТарантиноКиноспекуляции

18+

Анастасия ВильчиКак читать и понимать театр. Интенсивный курс

Виктор ВилисовНас всех тошнит. Как театр стал современным, а мы этого не заметили

Kitobning boshqa versiyalari1

Тарковский и мы

Андрей Плахов

Тарковский и мы

Андрей Плаховva boshqalar

Владимир Лесныхva boshqalar

18+

1.4K

Yana kitob haqida

Писатели советуют книги в отпуск

От Ласло Краснахоркаи до Тарковского

kinopoisk.ru/media/article/4012926/

Oʻqib boʻldingizmi? Fikringiz qanday?

👍👎

Taassurotlar6

Majja Stavitskaja Читаем с Майейtaassurotlarni ulashish1 yil oldin

👍Tavsiya etaman

💡Axborot beruvchi

На самом деле, это не о Тарковском, то есть, и о его культовой семерке фильмов - да, но в книге главного отечественного кинокритика поздне- и постсоветской эпохи Андрея Плахова, гениальный тезка скорее на роли системообразующего фактора. Солнца, вокруг которого все вращается. Когда книжные блогеры начинают рассказ с похвалы обложке, я хватаюсь за револьвер, но в этом случае не могу не сказать: граффити уличного художника Zoom с кадром из "Ностальгии", где герой Янковского несет свечу по дну сухого бассейна, конгениально содержанию. "Тарковский и мы" - в определенном смысле то же граффити: исполнено с любовью, адресовано всем и никому, потенциально недолговечно. И прекрасно. Построено как биография, нет, не режиссера из заглавия, но автора, хотя жизненные вехи Андрея Арсеньевича тоже намечены пунктиром. Книга как зеркальный лабиринт, где новым зеркалом становится творчество его очередного коллеги по цеху, всякий раз иначе отражая тарковский свет. Признаюсь, единственный фильм, который люблю у Андрея Арсеньевича - это "Солярис". На сцене прохода Горчакова со свечой в "Ностальгии", исполненной глубокого смысла на обложечном граффити, думала только: "вот придурок". Во время десятиминутной панорамы рембрандтова "Поклонения волхвов" в "Жертвоприношении", испытала что-то, вроде приступа клаустрофобии. "Сталкер" приводит меня в бешенство - вот так не тонка моя нервная организация. Возможно еще поэтому Андрей Плахов, который имеет, в отличие от меня, встроенный механизм восприятия подобных вещей - не мой кинокритик. Однако читать его книгу мне было интересно.

6 kishiga yoqdi

Fikr bildirish

Денис К.taassurotlarni ulashish11 oy oldin

👍Tavsiya etaman

Диктор порой очень невнимателен. Еще можно закрыть глаза на безграмотность в произношении имен французских режиссеров, какие-то интонационные ошибки – все же текст не из самых простых для чтения вслух. Но «сиМбирский город Ханты-Мансийск», это очень стыдно, простите. А книга великолепна.

Fikr bildirish

Анастасия Дорофееваtaassurotlarni ulashish5 kun oldin

👍Tavsiya etaman

Fikr bildirish

Iqtiboslar268

Kakliboiqtibos olmoqda1 yil oldin

Кайдановский с Тарковским однажды сильно выпили и попали в вытрезвитель, откуда их ночью выгнали, потому что они мешали ментам спать спорами об императиве Канта. Если это и выдумка, то довольно точно передающая настрой этого времени и круга

2 kishiga yoqdi

Fikr bildirish

Kakliboiqtibos olmoqda1 yil oldin

Сакральное не падает с небес, а поднимается ввысь с грешной земли усилиями людей.

1 kishiga yoqdi

Fikr bildirish

Kakliboiqtibos olmoqda1 yil oldin

Однажды мы узнали, что там пройдет ретроспектива Анджея Вайды, и купили билеты на фильм «Лётна», которого раньше не видели. Смогли достать только на девятичасовой утренний сеанс. За стенкой нашей комнаты жил добрый, но беспробудно пивший сосед – татарин Федя. Стараясь не разбудить его и другую соседку, мы тихо встали в полшестого, побежали на автобус, потом на электричку, потом на метро, наконец сели в трамвай. В электричке я обнаружил, что один ботинок на мне желтый (мой), а второй – черный (Федин), – так я спросонья обулся в общем коридоре, где стояла обувь жильцов. Возвращаться было бессмысленно и позорно. Когда мы выходили из трамвая на Котельнической набережной, на нас набросились человек десять с надеждой, нет ли лишнего билетика. Я гордо прошествовал сквозь толпу фанатов с билетами в руках и с разными ботинками на ногах. Вот так любили Вайду и польское кино. Было девять утра, кажется, март, 1976 год. Вайде тогда было пятьдесят.

1 kishiga yoqdi

Fikr bildirish