ta muallif kitobidan iqtiboslar Ностальгия по настоящему. Хронометраж эпохи
Андрей Вознесенский

Чревоугодник, он жадно втягивал в себя все новейшие течения в искусстве, опорожняя мастерские других художников, он присоединил их к своей империи, через них втягивал в себя будущее.

Это волевые натуры, в которых спрессованы сгустки будущего, память не о прошлом, а о будущем. Обычно это строители, оптимисты, борцы за правое дело. По гороскопу они часто быки. В отличие от ностальгических черных они победоносны в форме, порой в эмоциональности уступая им. Дело не в размере, а в качестве таланта. Классическими «черными дырами» были Блок, Лермонтов, Шопен, «белыми» – Шекспир и Эйзенштейн.

Если следовать звездной классификации, Пикассо был «белой дырой».

У Пикассо была теория: чем шире расставлены глаза, тем человек талантливее. Он был гений.

Пикассо мог все. Он преодолел притяжение. Он преступил бездну. Может быть, в этом была его трагедия.

Тишина – ты лучшее из того, что слышал…

Небо, полет – главное состояние кисти Шагала. Вряд ли кто из художников так в буквальном смысле был поэтом, как этот сын витебского селедочника. Безумные василькового цвета избы, красные петухи, зеленые свиньи, загадочные саркастические козы – все увидено взглядом поэта. Не случайно его любил Аполлинер. В преддверии нынешнего слияния космоса с землей Шагал ввел небо в быт, а быт городишек пустил по небесам. Белка и Стрелка с задранными хвостами, пересекающие небосклон, могли бы быть персонажами Шагала

Шагал весь светился, казался нематериальным и будто все извинялся за свою небесность. Был он бескорыстен.

белые витебские соборы, пощаженные войной, взорвали во время хрущевской кампании люди, не любящие свою историю. Живописно расположенный на холмах и оврагах, город над Двиной утратил свой уникальный силуэт.

И хотя я вынужденно жил вдали от родины, я остался душевно верным ей.