Kitobdan iqtiboslar Дом на Птичьем острове. Книга вторая: Наперегонки с ветромmuallif Таша Муляр
Жизнь нас учит, бьет и ставит перед выбором. В моменте ты не всегда понимаешь, куда идти, но надо слушать свое сердце и совесть – совесть и есть то Божественное в нас, эдакий компас Бога, встроенный в каждого при рождении, только не все ему доверяют
2 kishiga yoqdi
Бывает, накуролесим в юности от горячности и дурости в характере, а потом вырастаем, а отмотать назад трудно, а то и невозможно, потому и живем с родными без тепла, хотя кто, как не мы – их дети, должны стремиться к ним навстречу, несмотря ни на что, за все прощать, а точнее, уметь не обижаться, ценить мгновения, пока мы еще можем называться детьми.
1 kishiga yoqdi
Прозрачная, как слезы, вода играет с камнями, перекатываясь с одного на другой, полируя их и доводя со временем до совершенства.
1 kishiga yoqdi
незначительные для тебя сегодняшние события складываются в пазлы и становятся цельной картиной твоего будущего. Только видя отдельные кусочки, мы не в силах осознать, что за картину собираем… Оттого и страдаем, что не доверяемся высшей силе, подбирающей для нас эти пазлы.
Есть такие люди, которые показывают тебе, каким бы ты хотел стать, но не разрешил себе.
В тяжелые минуты, когда кажется, что выхода нет, приходят нам подсказки-откровения. Это может быть человек, который решил поговорить с тобой, может, даже о себе, но для тебя. Или книга, где история главного героя, с поступками которого ты категорически не согласен, по сути, повторяет то, что сейчас происходит с тобой. А может быть, фильм, где есть та самая фраза, которая изменит твой мир. Подсказки рядом, просто мы их не замечаем, пропускаем или не хотим слышать, будучи упорными (или упертыми) и уверенными, что уж лучше нас никто не знает, что для нас хорошо. Тогда наша ситуация повторяется вновь и вновь, с каждым разом становясь все сложнее и сложнее до тех пор, пока мы не найдем верный путь.
Как быстро мы обрастаем вещами, срастаемся с ними, невольно становясь заложниками того, без чего прекрасно могли бы жить и свободнее дышать.
Тут уж Юрий Петрович потрудился. Василиса оказалась на редкость сложным экземпляром, бриллиантом его коллекции. Он это понял сразу, еще там, в холле бассейна, где она вежливо его поблагодарила и наотрез отказалась, чтобы он ее провожал. Улыбнулась и интеллигентно практически послала прогуляться без нее. Она согласилась на свидание после двух месяцев встреч в бассейне – ему приходилось подстраиваться под ее график, ведь специально договариваться плавать в одно время она наотрез отказывалась; после нескольких букетов белых роз, посланных в ее офис, – почему-то он решил, что ей подходят только белые; после бесконечных разговоров по телефону вечерами – огромной удачей было то, что она согласилась дать телефон и, как ему казалось, с радостью ждала их вечерних посиделок с чашкой чая и телефонной трубкой в руках, каждый у себя дома, но на одной волне с другим.
Василиса же искренне решила для себя поставить крест на замужестве. На момент встречи с Юрием она утвердилась в этом решении. Она не хотела никого обнадеживать. Нет, она, конечно, предпринимала попытки, но все они заканчивались лишь разочарованием с ее стороны, усугубляли чувство неполноценности и некой ущербности. Юра понравился ей не сразу. Вовсе не ее типаж.
Она была чертовски красива и знала об этом. Это так важно для женщины – самой ощущать себя красивой. Именно тогда, что называется, глаз горит, а душа поет, появляется манкость, флер и особое очарование.
Взять лучшее от конкурентов и усилить себя»