Kitobdan iqtiboslar  Строитель Сольнес

Сольнес. Затем, что я все раздумывал… (Медленно и понизив голос.) А что если благодаря этой небольшой черной трещине в дымовой трубе я выдвинусь… как строитель… Хильда (глядя перед собой). Да… в такой мысли должно быть что-то захватывающее.
1 kishiga yoqdi
Fikr bildirish
Сольнес (мягко, растроганно). Маленькие детские души, Хильда. Помогать им мало-помалу расти, приобретать благородные, прекрасные формы. Вырастать в стройные, зрелые человеческие души. Вот какого рода способности были у Алины. И все это осталось втуне. Навсегда. Ни к чему… Точно пепелище после пожара!
1 kishiga yoqdi
Fikr bildirish
Сольнес. Да. Больше всего об Алине. У нее ведь тоже было свое призвание, как у меня свое. (Дражайшим голосом.) Но ее призванию суждено было быть исковерканным, разбитым вдребезги, чтобы мое могло окрепнуть… одержать какое-то подобие великой победы! Да, надо вам знать, что У Алины… были тоже способности строить, созидать.
1 kishiga yoqdi
Fikr bildirish
ильда. Да неужели же никак нельзя отделаться от этой мысли? Сольнес. Нет. Чтобы получить возможность строить семейные очаги для других, мне пришлось отказаться… навсегда отказаться иметь свой собственный… То есть, настоящий семейный очаг — с детьми и… с отцом и матерью.
1 kishiga yoqdi
Fikr bildirish
Сольнес (тихо, отчеканивая слова). Единственно благодаря пожару я получил возможность строить дома, семейные очаги для людей. Уютные, славные, светлые домики, где отец с матерью, окруженные ребятишками, могут жить в мире и довольстве… радуясь жизни, радуясь тому, что живут на свете… Особенно же тому, что составляют одно целое… и в великом, и в малом
1 kishiga yoqdi
Fikr bildirish
Сольнес. Да, тяжело. Но в десять раз тяжелее для Алины. (Стискивая руки в тихом бешенстве.) Подумать, что такие вещи могут твориться на белом свете! (Отрывисто и твердо.) С того дня, как я лишился их, я потерял охоту строить церкви.
1 kishiga yoqdi
Fikr bildirish
Сольнес. В том, что я просто готов иногда свалиться под страшной тяжестью этого долга…
1 kishiga yoqdi
Fikr bildirish
Фру Сольнес. Да. На мне ведь лежал двойной долг. Долг жены и матери. Мне следовало бы крепиться. Не поддаваться так страху и тоске по сгоревшем родном доме. (Ломает руки.) О! если б я только-могла, Халвар. Сольнес (подходит к ней; тихо, взволнованно). Алина, обещай мне никогда больше не думать об этом… Обещай мне, Алина!
1 kishiga yoqdi
Fikr bildirish
Хильда. Да. Чтобы юность могла попасть к вам… этак… добром. Сольнес. Нет, нет, нет! Юность-это возмездие. Она идет во главе переворота. Как бы под новым знаменем.
1 kishiga yoqdi
Fikr bildirish
Сольнес (глубже усаживаясь в качалке и не сводя глаз с Хильды). Не странно ли?.. Чем больше я думаю обо всем этом, тем яснее мне представляется… будто все эти долгие годы я ходил и мучился над… гм… Хильда. Над чем? Сольнес. Над тем, чтобы вспомнить что-то… что-то пережитое, что, мне казалось, я забыл. И никак не мог вспомнить. Хильда. Вам бы надо было завязать себе узелок на платке, строитель. Сольнес. Чтобы ходить да гадать о том, что означает этот узелок? Хильда. О да, бывают и такие чудеса на свете! Сольнес (медленно встает). Как это хорошо, что вы явились ко мне теперь. Хильда (пристально глядя на него). Хорошо? Сольнес. Я сидел тут таким одиноким… беспомощным… (Понижая голос.) Скажу вам, — я стал бояться… страшно бояться юности.
1 kishiga yoqdi
Fikr bildirish