не Таривердиев. Вместе с Эльдаром Рязановым он выстраивает параллельную сюжетную линию — из романсов.
Таривердиев пишет: «Они выстраиваются ведь так по смыслу: о любви, о счастье, о ревности, о доброте, о желании быть понятым. А картина развивается сама по себе. Музыка сначала звучит резким контрапунктом с тем, что происходит на экране, даже вступает в противоречие. На фоне преследования жесткой дамой скромного интеллигентного врача звучит: “Никого не будет в доме, кроме сумерек...” Нежные стихи Бориса Пастернака. Но дальше эти ножницы между звуковым рядом фильма и изобразительным сближаются. Наивысшей точки единства они достигают в эпизодах “Хочу у зеркала, где муть...” и “Мне
Таривердиев говорил, что в концерте ему хотелось объединить элементы старинной музыки с музыкой сегодняшней, чтобы подчеркнуть, что тема Кассандры — тема предчувствия большой катастрофы — существовала всегда.
воплощением идеального, коротким и точным запечатленным мигом переживания гармонии, в поисках которого он наследовал великим мастерам прошлого.
Как назвать музыку, которую он писал на стихи? Не песня, не романс, не монолог — современный мадригал. В эпоху Возрождения мадригал был основным жанром для творческих экспериментов композиторов. В нем старые мастера пытались соединить музыку и возвышенную любовную лирику, в нем же кристаллизовались идеи так называемой второй практики — когда музыка и гармония подчинялись слову, подчеркивая его смыслы и эмоции. В этом подражании композиторам прошлого и родилось «третье направление». И эти поиски конечно же далеки от простого копирования. Мадригал для Таривердиева — а за этим понятием мы скрываем всё его вокальное наследие — был во
Получается очень интересная вещь. В культурном пространстве официального атеизма орган превратился в источник музыкальной философии.
полифония смыслов, что использовалась в «Семнадцати мгновениях весны», здесь вышла на новый уровень сложности.
Его фотоработы действительно про ощущение. Ощущение жизни. Квартет дельфинов, подпрыгнувший так высоко, будто они возомнили себя птицами. Два велосипеда, охраняющие беседу хозяев. Дети, бросившие рюкзаки на газон, или ленивая кошка за фигурной решеткой…
«У меня две жизни, — пишет он в своей книге и не раз признается в публичных высказываниях, — Одна жизнь — в кино, другая — для себя. Я пишу в стол».
Достаточно вспомнить самиздатовские книги авторов, которых не допускали к печати, разгром Никитой Хрущевым выставки авангардистов студии «Новая реальность» в Манеже 1 декабря 1962 года, уничтожение поливочными машинами так называемой «бульдозерной» выставки художников-нонкомформистов на пересечении улиц Островитянова и Профсоюзной 15 сентября 1974 года…
Тем не менее «третье направление» Микаэла Таривердиева запечатлелось не только в сердцах слушателей, но и в творчестве многих талантливых музыкантов. Прежде всего здесь нужно упомянуть Елену Камбурову и ее «Театр музыки и поэзии».