Смерть Вазир-Мухтара

Kitobdan iqtiboslar  Смерть Вазир-Мухтара

Toʻliq oʻqish va tinglash
Bepul parcha
O‘qish
Дома распирало балконами
Fikr bildirish
Звезды, как разговоры, мешают ему спать.
Fikr bildirish
Грибоедов на него брызгал водой, и Фаддей говорил: – Ну свинья, братец, решительно мальчик. Помолодел
Fikr bildirish
Это напоминало дурной сон. В Зале Аудиенции Обер-Церемониймейстер застрял, по правилам, перед дверью, а встретил их Гофмаршал и Обер-Гофмаршал. Нессельрод быстро посапывал от моциона и удовольствия. Серое личико стало розовым – их встречали с необычайным почетом
Fikr bildirish
Не сходя с места, он весь суетился, лицом и телом. Это был очень тревожный бег на месте. Грибоедов догадался, в чем дело, когда ухнул первый выстрел. Механизм был устроен так: нитка шла от известного лица через Гофмаршала к петропавловским пушкам. Лицо сделало жест, но пушка запоздала – и вот оно сердилось
Fikr bildirish
Петропавловская крепость была тем местом, где лежали мертвые императоры и сидели живые бунтовщики
Fikr bildirish
Тихая детская игра, в которую играли расшитые золотом старики, разрасталась
Fikr bildirish
Роберт Нессельрод должен был при всем том управлять, управлять, управлять. Днем и ночью, не разгибая спины, радоваться. И его не хватило. Управление он сдал своей жене, себе оставил – радость. Это была трудная задача. Он знал, что в Петербурге его прозвали печеной рожей и один писака сочинил про него ужасный площадной пасквиль: что он peteur [вонючка], а не министр Европы
Fikr bildirish
Он хотел сбавить немного цены этому странному курьеру, нащупать, что он такое за человек, но вместо того, кажется, просто выразил недовольство миром и тем показал, что мир устроился без него, без Нессельрода. Этот молодой человек тоже, кажется, из этих… из умников. Впрочем, он родственник Паскевичу. Нессельрод обернулся к коллежскому советнику, представлявшему собою смесь русской неучтивости и азиатского коварства, и весело улыбнулся: – Мы еще поговорим, дорогой господин Грибоедов. Теперь пора. Надо спешить. Ждет император
Fikr bildirish
Все коллежские советники Петербурга были в этот день пьяны завистью, больны от нее, а ночью безотрадно и горячо молились в подушки. Западни не было, его пропускали к самому Нессельроду
Fikr bildirish