Глава 1. Точка возврата
Алекс не увидел взрыва — он его вычислил.
За три секунды до того, как резонансный контур пошёл вразнос, цифры на мониторе перестали быть просто цифрами. Частота поля ушла в комплексную область, энергия устремилась к бесконечности, а предохранители не сработали.
Он успел подумать: «Пробой».
И ещё: «Ошибка в третьем слагаемом».
И совсем тихо, на грани слышимости: «А Даша…»
За три секунды до этого он смотрел на экран и думал о том, что завтра суббота. Что он обещал забрать Дашу из школы и отвезти в зоопарк. Что в прошлый раз он опоздал на два часа, и она не разговаривала с ним три дня. Что он купил билеты — два взрослых и один детский, хотя Даше уже пятнадцать, но она всё равно любит смотреть на пингвинов, а билеты он положил в левый карман куртки, и сейчас они там, и если он не выживет, она никогда не узнает про эти билеты, и это почему-то самое страшное из всего, что могло случиться.
Сирена захлебнулась. Лаборант у дальней стены беззвучно открыл рот. Пол дрогнул.
И мир исчез — не провалился в темноту, не погас, а именно исчез, как исчезает изображение с выключенного экрана.
Алекс перестал быть здесь. Его тело, временно лишённое хозяина, начало падать на пол лаборатории, но самого Алекса это уже не касалось. Его сознание, сжатое до квантового состояния, перешло в геометрию, которой не учат в школе.
***
Сначала не было ничего.
Потом — точка.
Не точка в пространстве, потому что пространства не было. Не точка во времени, потому что время ещё не началось. Просто точка — бесконечно плотная, бесконечно малая, содержащая в себе абсолютно всё.
Алекс был этой точкой. И точка была Алексом. И это не было метафорой.
Он попытался вдохнуть — и не нашёл лёгких. Попытался осмотреться — и не нашёл глаз. Попытался вспомнить, кто он, — и обнаружил, что он больше, чем Алекс. Гораздо больше.
Он был лабораторией, в которой только что умер. Он был резонансным контуром, который пошёл вразнос. Он был каждым из лаборантов, застывших в последнем мгновении. Он был билетами в зоопарк, которые лежали в левом кармане его куртки. Он был отцом, который сейчас, в другом городе, ещё не знал о звонке
